Создание ЮАС. Ч. 1
16/07/2012 01:06 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
rositsa
Представляю вашему вниманию книгу:
Вяткина, P.P. Создание Южно-Африканского Союза (1902-1910). – М.: Наука, 1976. – 227 с.
Не буду утверждать, что эта книга была мне интересна от корки до корки. Некоторые абзацы я выписывала полностью, из других брала лишь опорные имена и даты. Поэтому я представляю вашему вниманию не книгу – но мой конспект этой книги.
Эта книга представляет собой типичное добротное историческое исследование советского периода, с использованием марксистской терминологии в том, что касается экономической и социальной тематики – но без агрессивной и назойливой коммунистической пропаганды.
В период объединения английских колоний в рамках ЮАС наметились черты «локального империализма», вскрытого Лениным как закономерность в развитии британских доминионов («Тетради по империализму»).
Наиболее ярко антибританская концепция сформулирована в сочинениях Альберта Котце (Coetzee J. A.), утверждавшего, что ещё в к. XVIII в. африканеры стали нацией, предназначением которой было занять Южную Африку, завоевать её для христианской цивилизации и установить контроль над нею. Но осуществлению этой миссии якобы постоянно мешали британское правительство и английские поселенцы в Южной Африке, а также некоторые собственные лидеры вроде Л. Боты и Смэтса, попавших под английское влияние. В 1953 1 из идеологов НП Отто дю Плесси сформулировал сущность африканерской буржуазной концепции истории: «Президент Крюгер был символом национальной независимости, генерал де Вет – символом африканерского героизма на полях сражений, генерал Герцог – символом суверенитета и равноправия». По его мнению, акт о создании ЮАС был принят бурами по принуждению, ибо они были порабощены и не имели выбора.
В современной африканерской историографии наблюдается усиление реакционных тенденций. В исторических сочинениях всё сильней стали звучать расистские мотивы.
Складыванию африканерского расизма и национализма посвятил своё исследование коммунист Б. Бантинг.
Давидсон: «...Нарастание сил протеста и складывание 2 революционных потоков – антирасистского, антиколониального, национально-освободительного и другого – антикапиталистического, пролетарского».
Истинная цена «великодушия» английской буржуазии, которая во имя укрепления своих позиций в Южной Африке предала интересы коренного населения. Завоевание бурских республик обернулось трагедией для него.
В 1850-70-х проект федерации на основе добровольного объединения бурских республик с английскими колониями активно пропагандировался государственными деятелями Великобритании. За единое государство выступали и многие бурские политики, которые считали, что его создание приведёт к улучшению экономического положения и политической стабильности.
Но в 1870-е среди правящих кругов Великобритании возобладали сторонники создания федерации путём аннексии бурских республик. Произошли захват алмазных месторождений Оранжевого свободного государства в 1871 и аннексия Трансвааля в 1877. Подобные действия изменили отношение буров в Оранжевой республике и Капской колонии к проекту добровольной федерации. Она стала рассматриваться как замаскированный план британской агрессии.
В 1890-е государственные деятели Германии поддержали выдвинутый группой бурских политиков план создания Соединённых штатов Южной Африки.
В 1911 в ЮАС жило 5973 тыс. чел. – 4019 африканцев банту, 1276 белых, 526 цветных и 152 азиатов.
Экономическое развитие Южной Африки с к. XIX в. происходило на базе иностранных, в основном английских, капиталовложений. В руках английских монополий была сосредоточена разработка минеральных богатств (золото, алмазы, уголь, олово), строительство железных дорог, торговля, судоходство, банковское и страховое дело. Они же владели значительной частью земельных угодий.
В момент создания ЮАС местная обрабатывающая промышленность выглядела так – мелкие предприятия по производству продуктов питания, деревообрабатывающая, кожевенная, мыловаренная, спичечные фабрики, несколько предприятий по производству взрывчатых веществ и мастерских по ремонту горного и железнодорожного оборудования.
В стране сосуществовали распространение крупного капиталистического производства, натуральное хозяйство основной массы африканцев и мелкотоварное и мелкокапиталистическое производство белых фермеров.
В н. XX в. страна только вступала на путь капиталистических преобразований. Сельское население, особенно чёрное, вовлекается в рыночную экономику значительно медленнее, чем городское.
В 1911 в городах жило 1,5 млн. чел. (25,9 %) – больше половины все белых, цветных и азиатов. Быстро растущее городское население складывалось из иммигрантов-европейцев, привлечённых возможностью быстрого обогащения и высокими ставками для квалифицированных специалистов, обедневших и согнанных с земель бурских фермеров и арендаторов (байвонеров) и африканских отходников, гонимых нищетой и нехваткой земли в резерватах, денежными налогами, падежом скота и другими стихийными бедствиями. В наилучшем положении оказывались европейские иммигранты. Что касается буров и африканцев, то их судьбы имели немало общего. И те и другие были сельскими жителями, и те и другие попадали в незнакомую среду, где господствовали чужие обычаи и язык и где огни должны были занимать подчинённое положение. Из-за отсутствия образования, производственных навыков и опыта они могли рассчитывать лишь на выполнение неквалифицированной работы. Для правильного понимания положения африканеров в города надо учитывать и широко распространённые среди белого населения предрассудки против тяжёлого физического труда, который считался уделом «кафра». Это обстоятельство способствовало складыванию категории «белых бедняков» предпочитавших голодать, но не идти на работу на равных условиях с африканцами. Это стало 1 из важнейших социально-политических проблем Южной Африки.
Не более 5 % африканского самодеятельного населения (10 % мужчин) находилось в городах, вне сферы влияния традиционного общества. В городах и промышленных центрах начал складываться африканский пролетариат, в сельской местности росла численность африканских батраков, арендаторов (сквоттеров) и самостоятельных фермеров, которые обрабатывали почву с помощью тяглового скота, используя плуг и другой сельскохозяйственный инвентарь, и легче адаптировались к условиям рыночной экономики. Африканцев-горожан и работников на фермах белых отличали ношение европейской одежды, обращение к христианству и интерес к знаниям.
Современники отмечали возрастающую нехватку рабочей силы, прежде всего дешёвой «туземной». Промышленники и фермеры требовали проведения мероприятий для стабильного и широкого притока отходников за счёт насильственного сгона африканских арендаторов с их земель и увеличения налогов. (Это вместо повышения зарплаты налицо нерыночные методы. – Р.) Возможности же властей отдельных британских колоний или бурских республик были весьма ограничены.
В отличие от своих собратьев в Трансваале и оранжевой многие африканеры Капской колонии стали преуспевающими предпринимателями в сельском хозяйстве и торговле. Другие составили постоянно растущую часть городского населения – государственных чиновников, служащих частных фирм, адвокатов, учителей, журналистов. Именно в Капской колонии начала складываться во второй пол. XIX в. африканерская интеллигенция.
Британские политические институты, английские культурные традиции, постоянные контакты с англоязычным населением оказывали существенное влияние на взгляды капских африканеров, большинство которых к к. XIX в. были вполне лояльными британскими подданными. Однако события к. XIX в., особенно вторая англо-бурская война, явились серьёзным испытанием для африканеров Капской колонии. Правящие круги Англии серьёзно беспокоило и то, что буры решительно осудили аннексию Трансвааля и Оранжевой, и значительная часть населения северных и северо-западных округов выступило с оружием в руках на стороне бурских республик.
Политические организации Капской колонии:
1) Африканер Бонд (основан в 1883) представлял интересы фермеров. Выступал за объединение Южной Африки (под собственным или британским флагом).
2) Прогрессивная партия (основана в 1892) выражала интересы английских фермеров, а с 1897, когда её возглавил Родс, – горнопромышленников.
3) «Либералы» – Джон Ксавье Мерримен, Йоханнес Вильгельм Сауэр, Дж. Роуз-Иннс, Уильям П. Шрейнер (немец, брат Оливии Шрейнер) – поддерживали Африканер Бонд, с которым образовали блок «Южно-Африканская партия», не соглашаясь с экономической политикой. Они придерживались либеральных взглядов в расовых вопросах.
Мерримен родился в Англии, в Южной Африке жил с 1848, занимался политикой с 1969. Он был крупным фермером, специализируясь на производстве вина, занимался скупкой алмазов, добычей золота, был директором страховой компании. После англо-бурской войны он, убеждённый сторонник идеи единой белой нации на основе равноправного союза буров и англичан, стал лидером Африканер Бонда. С 1903 он был лидером Южноафриканской партии – ЮАП.
Юрист Сауэр с 1874 избирался в парламент Капской колонии, в 1908-10 был министром в правительстве Мерримена, был известен своими речами в защиту нерасового избирательного права. Шрейнер получил юридическое образование в Кембридже, был лидером Африканер Бонда после рейда Джемсона. Он придерживался либеральных взглядов на «туземный» вопрос. В 1908-09 он был защитником на процессе Динузулу, в 1909 ездил в Англию для защиты африканцев в новой конституции.
Туземная политика в Капской колонии сложилась в период колониальных войн XIX в. Правящие круги допускали возможность получения избирательных прав отдельными «цветными» или африканцами, если они достигли уровня цивилизованной жизни белых. Но с к. XIX в. отчётливо стала тенденция к постепенному ограничению их числа. 1903 -114 белых, 399 индийцев, 2140 цветных, 18279 африканцев-избирателей (???)
Мерримен говорил: «Я не люблю туземцев и хотел бы, чтобы их не было. Но они есть, Наша политика неприятна, унижает гордость европейцев, но это предохранительный клапан». Подобная политика не угрожает господству белых, далеко ещё то время, когда африканцы смогут иметь действительно большой вес на выборах.
В Капской колонии самоуправление было введено в 1854, в Натале – в 1897.
Во внутренних районах Наталя фермеры вообще не вели своего хозяйства, сдавая свои земли в краткосрочную аренду африканцам.
В 1903 в Натале было 18 680 белых, 110 цветных, 154 индийца и 2 (прописью – два. – Р.) африканца-избирателя.
Оранжевая была аграрной страной с довольно низким уровнем развития товарно-денежных отношений. Кроме 1-2 дистриктов, производящих зерно, преобладало экстенсивное животноводство. Главным источником доходов были пошлины, тарифы и сельскохозяйственное производство.
Основой экономики Трансвааля была золотодобыча.
В населении Трансвааля и Оранжевой преобладали африканцы и белые.
В Оранжевой основная масса чёрных была насильственно расселена на фермах белых. В Трансваале их немало осталось в резерватах на севере и северо-западе. Белые составляли 24,9 % населения Трансвааля и 33,2 в Оранжевой.
В Трансваале на смену Крюгеру пришли те, кто ещё до войны выступал за компромисс – Л. Бота, Шалк Бюргер (родился в Трансваале, крупный фермер, образование начальное, активный участник англо-бурской войны, после отъезда Крюгера в Европу исполнял обязанности президента), Я. Г. Деларей (глава фольксраада с 1893, политический противник Крюгера).
Далеко не все африканеры Трансвааля разделяли взгляды Боты. Ему приходилось преодолевать сопротивление т. н. непримиримых, опиравшихся на поддержку ГРЦ. Они выступали за суровое наказание «изменников» (буров, прекративших сопротивление в 1900; некоторые из них воевали потом на стороне англичан – национальные скауты). Политический курс Боты осуждали и лидеры Оранжевой – Герцог (р. в Капской колонии, юрист), Мартин Стейн (р. в Оранжевой, получил юридическое образование в Лейдене и Лондоне, президент Оранжевой с 1896, отказался подписать договор 1902 и уехал в Европу, вернулся в 1905), Абрахам Фишер (р. в Кейптауне, в 1878 избран в фольксраад Оранжевой, в годы англо-бурской войны направлен в Европу и США, чтобы добиться вмешательства держав с целью прекращения войны, но миссия не имела успеха (А вообще-то он интересен прежде всего своим внуком – 1 из лидеров ЮАКП и адвокатом Манделы и Ко. – Р.) – за слишком «примиренческое» отношение к англичанам.
Не были едины и англоязычные трансваальцы.
В отличие от Капской колонии в Трансваале и Оранжевой, как и в Натале, белые были против предоставления политических прав небелым.
Милнер (консерватор, известный пропагандой имперских идей, представитель крайне правого шовинистического крыла английской буржуазии, активно содействовавший развязыванию англо-бурской войны, в 1897-05 – английский верховный комиссар в Южной Африке) так сформулировал свой идеал: «окончательный итог – самоуправляющаяся белая община от Кейптауна до Замбези, обеспеченная чёрной рабочей силой, с которой хорошо обращаются и которой справедливо управляют. Предоставляя равенство рас и языков, следует вместе с тем обеспечить превосходство англичанам, хотя я не думаю и не хочу, чтобы буры совсем исчезли.
С политической т. зр. я придаю самое важное значение росту британского населения. Если через 10 лет на 3 англичан будет приходится 2 бура, страна окажется в безопасности и будет процветать. Если на 3 буров будет приходится 2 англичанина, у нас будут постоянные трудности».
Обеспечение «здоровых политических и социальных условий» в Южной Африке требовало изменения демографической ситуации в бывших бурских республиках: «60 % белого населения должно быть связано с промышленностью и торговлей (45 % – англичане, 15 – буры), 40 % (соответственно 15 и 25) – с сельским хозяйством.
Следующей задачей была борьба за то, чтобы «вырвать африканеров из культурной изоляции». По существу, он предлагал план ассимиляции буров, особенно их молодого поколения. Верховный комиссар решительно выступал против языкового равенства. Обучение голландскому языку могло быть сведено до 5 часов в неделю. Основным языком преподавания должен был стать английский. Вместе с тем он подчёркивал: «Язык – это важно, но тон и дух того, чему учишь, ещё важнее». Он рекомендовал обратить внимание на преподавание таких предметов, как история.
Милнер предлагал ввести для бурских республик статус коронных колоний. В целом планы Милнера основывались на его отношении к бурам как к врагам и мятежникам, не склонным к примирению и признанию британской власти. «Примирение с бывшими противниками не должно быть первой задачей. наша первая цель и обязанность – сделать позицию безопасной за счёт британского элемента, нравится это бурам или нет».
Однако «лояльное общество» нельзя было создать за короткое время, а эксперты по южноафриканским делам в министерстве колоний предупреждали, что африканеры не способны долго ждать самоуправления, и в 1906 они потребовали его.
За 9 мес. Милнер осуществил репатриацию 110 тыс. буров (Чиво-чиво? Смысл этого числа ускользает от меня. – Р.), вывел основную часть войск, заменил военную администрацию гражданской, создал условия для возобновления работы шахт и жизни в городах, где она наладилась довольно быстро.
Положение в сельских районах оставалось тяжёлым. Компенсация, выплаченная бурам, была крайне мала – в среднем выплаты по претензиям (общая сумма в 16 млн. фунтов ст.) составляли 3-4 шиллинга на фунт убытков (20-25 %, даже для национальных скаутов меньше 50 %). Фермеры испытывал нехватку тяглового скота, семян, инвентаря и стройматериалов. Достать всё это можно было лишь по спекулятивным ценам. Горькое разочарование принесла фермерам деятельность комиссий военного ведомства, которое под всевозможными предлогами отказывалось оплатить расписки, выданные фермерам в годы войны армейскими службами в связи с конфискацией скота и другой собственности. Сильнейшая засуха уничтожила большую часть первого послевоенного урожая. В результат значительное число фермеров разорилось и было вынуждено продать свои земли.
Буры были очень недовольны системой школьного образования. Хотя число школ и учеников в них быстро превысило довоенный уровень (с 14 тыс. учеников до 29 тыс. в Трансваале в 1903; в Оранжевой количество школ увеличилось в 2 раза), но введение английского как основного языка обучения вызвало отрицательную реакцию среди африканеров. По инициативе ГРЦ буры создали свою организацию – Христианско-национальное образование. Под руководством её лидеров было открыто примерно 200 частных школ, содержавшихся на средства родителей.
Милнер был сторонником тактики «предохранительного клапана» но в 1902 на требование буров о том, чтобы вопрос об избирательных правах небелых был оставлен до предоставления самоуправления – следовательно, на усмотрение местного белого населения (ст. 8).
***
Сразу после окончания войны многие предсказывали невиданный экономический бум в Южной Африке, но он оказался недолгим. 1903-07 были годами экономической депрессии. Важнейшей причиной был недостаток чёрной неквалифицированной рабочей силы. Эксперименты 1901-04 по замене её на белую оказались неудачными – белые рабочие в огромной степени заражены расистскими предрассудками и не желают выполнять работу «кафров».
Большинство буржуазных авторов объясняли нехватку африканской рабочей силы тем, что за время англо-бурской войны африканцы заработали много денег, обслуживая английские войска. Это не так. не говоря о большом числе африканцев, погибших в ходе военных действий, сумма материальных убытков чёрных, по заведомо заниженным оценкам британских властей, составила свыше 660 тыс. фунтов ст., а выплатили англичане немного более 100 тыс. фунтов. (Т. е. если бурам платили 20-25 %, то неграм – всего 15. Опять расовая дискриминация. – Р.)
Продолжительность депрессии была связана с политической нестабильностью в Южной Африке, особенно в 1905-07, когда развернулась борьба вокруг вопроса об изменении статуса бурских республик, а потом разразился мировой экономический кризис 1907-08.
Важнейшим последствием депрессии явился провал планов Милнера относительно «англизации» белого населения Южной Африки. В итоге соотношение африканеров и англоязычных осталось неизменным. Кроме того, промышленники были против использования белых:
1) Растут издержки.
2) Иммигранты привозят идеи борьбы рабочих за свои права.
В сельских районах усилилось разорение мелких фермеров и арендаторов (из 78 тыс. разорились больше 10, в основном африканеры).
Белые пытались справиться с экономическими трудностями путём увеличения поборов и повинностей (подушный налог).
В 1011 % белых горожан был меньше, чем в 1904, что объясняется эмиграцией англоязычного населения. Фактически отток был больше, т. к. их отъезд частично покрывался притоком африканеров. Выросла только численность населения Претории и Йоханнесбурга, в остальных крупных городах она сократилась.
Депрессия усилила удар, нанесённый войной по мелкотоварному хозяйству бурских фермеров. и натуральному хозяйству африканцев, ускорила развитие крупного капиталистического хозяйства и ускорила экономический рост Трансвааля содействовала увеличению пролетариата, изменению его национального состава, обострению социальных противоречий среди белого населения, усиление расистских предрассудков и расовой дискриминации.
***
Милнер организовал ввоз китайских рабочих (максимальное число – 54 тыс.), законтрактованных на 1904-09, чтобы обеспечить потребность шахт в рабочей силе. Но большинство населения, не шахтовладельцев, было против.
До начала «китайского эксперимента» традиционное разделение труда между белыми и небелыми в горной промышленности основывалось на отсутствии специального обучения африканцев, которые поэтому никак не могли конкурировать с квалифицированными белыми горняками. После 1904 это разделение стало официальным – все квалифицированные и полуквалифицированные виды работ закреплялись исключительно за белыми.
Параллельно усилилась антииндийская политика. Индийцы всё чаще стали говорить, что после англо-бурской войны их положение только ухудшилось. «Китайский эксперимент» пробудил к политической активности бурских лидеров и углубил раскол внутри англоязычного населения.
Вяткина, P.P. Создание Южно-Африканского Союза (1902-1910). – М.: Наука, 1976. – 227 с.
Не буду утверждать, что эта книга была мне интересна от корки до корки. Некоторые абзацы я выписывала полностью, из других брала лишь опорные имена и даты. Поэтому я представляю вашему вниманию не книгу – но мой конспект этой книги.
Эта книга представляет собой типичное добротное историческое исследование советского периода, с использованием марксистской терминологии в том, что касается экономической и социальной тематики – но без агрессивной и назойливой коммунистической пропаганды.
Предисловие
В буржуазной, в частности, в английской публицистике и научной литературе нынешние порядки в ЮАР зачастую связываются непосредственно с приходом к власти НП и её расистской политикой апартхейда. Документальный материал позволяет с уверенностью говорить, что многие важнейшие проблемы страны – в основном расовые – уходят своими корнями в период создания ЮАС.В период объединения английских колоний в рамках ЮАС наметились черты «локального империализма», вскрытого Лениным как закономерность в развитии британских доминионов («Тетради по империализму»).
Наиболее ярко антибританская концепция сформулирована в сочинениях Альберта Котце (Coetzee J. A.), утверждавшего, что ещё в к. XVIII в. африканеры стали нацией, предназначением которой было занять Южную Африку, завоевать её для христианской цивилизации и установить контроль над нею. Но осуществлению этой миссии якобы постоянно мешали британское правительство и английские поселенцы в Южной Африке, а также некоторые собственные лидеры вроде Л. Боты и Смэтса, попавших под английское влияние. В 1953 1 из идеологов НП Отто дю Плесси сформулировал сущность африканерской буржуазной концепции истории: «Президент Крюгер был символом национальной независимости, генерал де Вет – символом африканерского героизма на полях сражений, генерал Герцог – символом суверенитета и равноправия». По его мнению, акт о создании ЮАС был принят бурами по принуждению, ибо они были порабощены и не имели выбора.
В современной африканерской историографии наблюдается усиление реакционных тенденций. В исторических сочинениях всё сильней стали звучать расистские мотивы.
Складыванию африканерского расизма и национализма посвятил своё исследование коммунист Б. Бантинг.
Давидсон: «...Нарастание сил протеста и складывание 2 революционных потоков – антирасистского, антиколониального, национально-освободительного и другого – антикапиталистического, пролетарского».
Истинная цена «великодушия» английской буржуазии, которая во имя укрепления своих позиций в Южной Африке предала интересы коренного населения. Завоевание бурских республик обернулось трагедией для него.
Г. I. Южная Африка после англо-бурской войны
В 1850-70-х проект федерации на основе добровольного объединения бурских республик с английскими колониями активно пропагандировался государственными деятелями Великобритании. За единое государство выступали и многие бурские политики, которые считали, что его создание приведёт к улучшению экономического положения и политической стабильности.
Но в 1870-е среди правящих кругов Великобритании возобладали сторонники создания федерации путём аннексии бурских республик. Произошли захват алмазных месторождений Оранжевого свободного государства в 1871 и аннексия Трансвааля в 1877. Подобные действия изменили отношение буров в Оранжевой республике и Капской колонии к проекту добровольной федерации. Она стала рассматриваться как замаскированный план британской агрессии.
В 1890-е государственные деятели Германии поддержали выдвинутый группой бурских политиков план создания Соединённых штатов Южной Африки.
В 1911 в ЮАС жило 5973 тыс. чел. – 4019 африканцев банту, 1276 белых, 526 цветных и 152 азиатов.
Экономическое развитие Южной Африки с к. XIX в. происходило на базе иностранных, в основном английских, капиталовложений. В руках английских монополий была сосредоточена разработка минеральных богатств (золото, алмазы, уголь, олово), строительство железных дорог, торговля, судоходство, банковское и страховое дело. Они же владели значительной частью земельных угодий.
В момент создания ЮАС местная обрабатывающая промышленность выглядела так – мелкие предприятия по производству продуктов питания, деревообрабатывающая, кожевенная, мыловаренная, спичечные фабрики, несколько предприятий по производству взрывчатых веществ и мастерских по ремонту горного и железнодорожного оборудования.
В стране сосуществовали распространение крупного капиталистического производства, натуральное хозяйство основной массы африканцев и мелкотоварное и мелкокапиталистическое производство белых фермеров.
В н. XX в. страна только вступала на путь капиталистических преобразований. Сельское население, особенно чёрное, вовлекается в рыночную экономику значительно медленнее, чем городское.
В 1911 в городах жило 1,5 млн. чел. (25,9 %) – больше половины все белых, цветных и азиатов. Быстро растущее городское население складывалось из иммигрантов-европейцев, привлечённых возможностью быстрого обогащения и высокими ставками для квалифицированных специалистов, обедневших и согнанных с земель бурских фермеров и арендаторов (байвонеров) и африканских отходников, гонимых нищетой и нехваткой земли в резерватах, денежными налогами, падежом скота и другими стихийными бедствиями. В наилучшем положении оказывались европейские иммигранты. Что касается буров и африканцев, то их судьбы имели немало общего. И те и другие были сельскими жителями, и те и другие попадали в незнакомую среду, где господствовали чужие обычаи и язык и где огни должны были занимать подчинённое положение. Из-за отсутствия образования, производственных навыков и опыта они могли рассчитывать лишь на выполнение неквалифицированной работы. Для правильного понимания положения африканеров в города надо учитывать и широко распространённые среди белого населения предрассудки против тяжёлого физического труда, который считался уделом «кафра». Это обстоятельство способствовало складыванию категории «белых бедняков» предпочитавших голодать, но не идти на работу на равных условиях с африканцами. Это стало 1 из важнейших социально-политических проблем Южной Африки.
Не более 5 % африканского самодеятельного населения (10 % мужчин) находилось в городах, вне сферы влияния традиционного общества. В городах и промышленных центрах начал складываться африканский пролетариат, в сельской местности росла численность африканских батраков, арендаторов (сквоттеров) и самостоятельных фермеров, которые обрабатывали почву с помощью тяглового скота, используя плуг и другой сельскохозяйственный инвентарь, и легче адаптировались к условиям рыночной экономики. Африканцев-горожан и работников на фермах белых отличали ношение европейской одежды, обращение к христианству и интерес к знаниям.
Современники отмечали возрастающую нехватку рабочей силы, прежде всего дешёвой «туземной». Промышленники и фермеры требовали проведения мероприятий для стабильного и широкого притока отходников за счёт насильственного сгона африканских арендаторов с их земель и увеличения налогов. (Это вместо повышения зарплаты налицо нерыночные методы. – Р.) Возможности же властей отдельных британских колоний или бурских республик были весьма ограничены.
В отличие от своих собратьев в Трансваале и оранжевой многие африканеры Капской колонии стали преуспевающими предпринимателями в сельском хозяйстве и торговле. Другие составили постоянно растущую часть городского населения – государственных чиновников, служащих частных фирм, адвокатов, учителей, журналистов. Именно в Капской колонии начала складываться во второй пол. XIX в. африканерская интеллигенция.
Британские политические институты, английские культурные традиции, постоянные контакты с англоязычным населением оказывали существенное влияние на взгляды капских африканеров, большинство которых к к. XIX в. были вполне лояльными британскими подданными. Однако события к. XIX в., особенно вторая англо-бурская война, явились серьёзным испытанием для африканеров Капской колонии. Правящие круги Англии серьёзно беспокоило и то, что буры решительно осудили аннексию Трансвааля и Оранжевой, и значительная часть населения северных и северо-западных округов выступило с оружием в руках на стороне бурских республик.
Политические организации Капской колонии:
1) Африканер Бонд (основан в 1883) представлял интересы фермеров. Выступал за объединение Южной Африки (под собственным или британским флагом).
2) Прогрессивная партия (основана в 1892) выражала интересы английских фермеров, а с 1897, когда её возглавил Родс, – горнопромышленников.
3) «Либералы» – Джон Ксавье Мерримен, Йоханнес Вильгельм Сауэр, Дж. Роуз-Иннс, Уильям П. Шрейнер (немец, брат Оливии Шрейнер) – поддерживали Африканер Бонд, с которым образовали блок «Южно-Африканская партия», не соглашаясь с экономической политикой. Они придерживались либеральных взглядов в расовых вопросах.
Мерримен родился в Англии, в Южной Африке жил с 1848, занимался политикой с 1969. Он был крупным фермером, специализируясь на производстве вина, занимался скупкой алмазов, добычей золота, был директором страховой компании. После англо-бурской войны он, убеждённый сторонник идеи единой белой нации на основе равноправного союза буров и англичан, стал лидером Африканер Бонда. С 1903 он был лидером Южноафриканской партии – ЮАП.
Юрист Сауэр с 1874 избирался в парламент Капской колонии, в 1908-10 был министром в правительстве Мерримена, был известен своими речами в защиту нерасового избирательного права. Шрейнер получил юридическое образование в Кембридже, был лидером Африканер Бонда после рейда Джемсона. Он придерживался либеральных взглядов на «туземный» вопрос. В 1908-09 он был защитником на процессе Динузулу, в 1909 ездил в Англию для защиты африканцев в новой конституции.
Туземная политика в Капской колонии сложилась в период колониальных войн XIX в. Правящие круги допускали возможность получения избирательных прав отдельными «цветными» или африканцами, если они достигли уровня цивилизованной жизни белых. Но с к. XIX в. отчётливо стала тенденция к постепенному ограничению их числа. 1903 -114 белых, 399 индийцев, 2140 цветных, 18279 африканцев-избирателей (???)
Мерримен говорил: «Я не люблю туземцев и хотел бы, чтобы их не было. Но они есть, Наша политика неприятна, унижает гордость европейцев, но это предохранительный клапан». Подобная политика не угрожает господству белых, далеко ещё то время, когда африканцы смогут иметь действительно большой вес на выборах.
В Капской колонии самоуправление было введено в 1854, в Натале – в 1897.
Во внутренних районах Наталя фермеры вообще не вели своего хозяйства, сдавая свои земли в краткосрочную аренду африканцам.
В 1903 в Натале было 18 680 белых, 110 цветных, 154 индийца и 2 (прописью – два. – Р.) африканца-избирателя.
Оранжевая была аграрной страной с довольно низким уровнем развития товарно-денежных отношений. Кроме 1-2 дистриктов, производящих зерно, преобладало экстенсивное животноводство. Главным источником доходов были пошлины, тарифы и сельскохозяйственное производство.
Основой экономики Трансвааля была золотодобыча.
В населении Трансвааля и Оранжевой преобладали африканцы и белые.
В Оранжевой основная масса чёрных была насильственно расселена на фермах белых. В Трансваале их немало осталось в резерватах на севере и северо-западе. Белые составляли 24,9 % населения Трансвааля и 33,2 в Оранжевой.
В Трансваале на смену Крюгеру пришли те, кто ещё до войны выступал за компромисс – Л. Бота, Шалк Бюргер (родился в Трансваале, крупный фермер, образование начальное, активный участник англо-бурской войны, после отъезда Крюгера в Европу исполнял обязанности президента), Я. Г. Деларей (глава фольксраада с 1893, политический противник Крюгера).
Далеко не все африканеры Трансвааля разделяли взгляды Боты. Ему приходилось преодолевать сопротивление т. н. непримиримых, опиравшихся на поддержку ГРЦ. Они выступали за суровое наказание «изменников» (буров, прекративших сопротивление в 1900; некоторые из них воевали потом на стороне англичан – национальные скауты). Политический курс Боты осуждали и лидеры Оранжевой – Герцог (р. в Капской колонии, юрист), Мартин Стейн (р. в Оранжевой, получил юридическое образование в Лейдене и Лондоне, президент Оранжевой с 1896, отказался подписать договор 1902 и уехал в Европу, вернулся в 1905), Абрахам Фишер (р. в Кейптауне, в 1878 избран в фольксраад Оранжевой, в годы англо-бурской войны направлен в Европу и США, чтобы добиться вмешательства держав с целью прекращения войны, но миссия не имела успеха (А вообще-то он интересен прежде всего своим внуком – 1 из лидеров ЮАКП и адвокатом Манделы и Ко. – Р.) – за слишком «примиренческое» отношение к англичанам.
Не были едины и англоязычные трансваальцы.
В отличие от Капской колонии в Трансваале и Оранжевой, как и в Натале, белые были против предоставления политических прав небелым.
Милнер (консерватор, известный пропагандой имперских идей, представитель крайне правого шовинистического крыла английской буржуазии, активно содействовавший развязыванию англо-бурской войны, в 1897-05 – английский верховный комиссар в Южной Африке) так сформулировал свой идеал: «окончательный итог – самоуправляющаяся белая община от Кейптауна до Замбези, обеспеченная чёрной рабочей силой, с которой хорошо обращаются и которой справедливо управляют. Предоставляя равенство рас и языков, следует вместе с тем обеспечить превосходство англичанам, хотя я не думаю и не хочу, чтобы буры совсем исчезли.
С политической т. зр. я придаю самое важное значение росту британского населения. Если через 10 лет на 3 англичан будет приходится 2 бура, страна окажется в безопасности и будет процветать. Если на 3 буров будет приходится 2 англичанина, у нас будут постоянные трудности».
Обеспечение «здоровых политических и социальных условий» в Южной Африке требовало изменения демографической ситуации в бывших бурских республиках: «60 % белого населения должно быть связано с промышленностью и торговлей (45 % – англичане, 15 – буры), 40 % (соответственно 15 и 25) – с сельским хозяйством.
Следующей задачей была борьба за то, чтобы «вырвать африканеров из культурной изоляции». По существу, он предлагал план ассимиляции буров, особенно их молодого поколения. Верховный комиссар решительно выступал против языкового равенства. Обучение голландскому языку могло быть сведено до 5 часов в неделю. Основным языком преподавания должен был стать английский. Вместе с тем он подчёркивал: «Язык – это важно, но тон и дух того, чему учишь, ещё важнее». Он рекомендовал обратить внимание на преподавание таких предметов, как история.
Милнер предлагал ввести для бурских республик статус коронных колоний. В целом планы Милнера основывались на его отношении к бурам как к врагам и мятежникам, не склонным к примирению и признанию британской власти. «Примирение с бывшими противниками не должно быть первой задачей. наша первая цель и обязанность – сделать позицию безопасной за счёт британского элемента, нравится это бурам или нет».
Однако «лояльное общество» нельзя было создать за короткое время, а эксперты по южноафриканским делам в министерстве колоний предупреждали, что африканеры не способны долго ждать самоуправления, и в 1906 они потребовали его.
За 9 мес. Милнер осуществил репатриацию 110 тыс. буров (Чиво-чиво? Смысл этого числа ускользает от меня. – Р.), вывел основную часть войск, заменил военную администрацию гражданской, создал условия для возобновления работы шахт и жизни в городах, где она наладилась довольно быстро.
Положение в сельских районах оставалось тяжёлым. Компенсация, выплаченная бурам, была крайне мала – в среднем выплаты по претензиям (общая сумма в 16 млн. фунтов ст.) составляли 3-4 шиллинга на фунт убытков (20-25 %, даже для национальных скаутов меньше 50 %). Фермеры испытывал нехватку тяглового скота, семян, инвентаря и стройматериалов. Достать всё это можно было лишь по спекулятивным ценам. Горькое разочарование принесла фермерам деятельность комиссий военного ведомства, которое под всевозможными предлогами отказывалось оплатить расписки, выданные фермерам в годы войны армейскими службами в связи с конфискацией скота и другой собственности. Сильнейшая засуха уничтожила большую часть первого послевоенного урожая. В результат значительное число фермеров разорилось и было вынуждено продать свои земли.
Буры были очень недовольны системой школьного образования. Хотя число школ и учеников в них быстро превысило довоенный уровень (с 14 тыс. учеников до 29 тыс. в Трансваале в 1903; в Оранжевой количество школ увеличилось в 2 раза), но введение английского как основного языка обучения вызвало отрицательную реакцию среди африканеров. По инициативе ГРЦ буры создали свою организацию – Христианско-национальное образование. Под руководством её лидеров было открыто примерно 200 частных школ, содержавшихся на средства родителей.
Милнер был сторонником тактики «предохранительного клапана» но в 1902 на требование буров о том, чтобы вопрос об избирательных правах небелых был оставлен до предоставления самоуправления – следовательно, на усмотрение местного белого населения (ст. 8).
***
Сразу после окончания войны многие предсказывали невиданный экономический бум в Южной Африке, но он оказался недолгим. 1903-07 были годами экономической депрессии. Важнейшей причиной был недостаток чёрной неквалифицированной рабочей силы. Эксперименты 1901-04 по замене её на белую оказались неудачными – белые рабочие в огромной степени заражены расистскими предрассудками и не желают выполнять работу «кафров».
Большинство буржуазных авторов объясняли нехватку африканской рабочей силы тем, что за время англо-бурской войны африканцы заработали много денег, обслуживая английские войска. Это не так. не говоря о большом числе африканцев, погибших в ходе военных действий, сумма материальных убытков чёрных, по заведомо заниженным оценкам британских властей, составила свыше 660 тыс. фунтов ст., а выплатили англичане немного более 100 тыс. фунтов. (Т. е. если бурам платили 20-25 %, то неграм – всего 15. Опять расовая дискриминация. – Р.)
Продолжительность депрессии была связана с политической нестабильностью в Южной Африке, особенно в 1905-07, когда развернулась борьба вокруг вопроса об изменении статуса бурских республик, а потом разразился мировой экономический кризис 1907-08.
Важнейшим последствием депрессии явился провал планов Милнера относительно «англизации» белого населения Южной Африки. В итоге соотношение африканеров и англоязычных осталось неизменным. Кроме того, промышленники были против использования белых:
1) Растут издержки.
2) Иммигранты привозят идеи борьбы рабочих за свои права.
В сельских районах усилилось разорение мелких фермеров и арендаторов (из 78 тыс. разорились больше 10, в основном африканеры).
Белые пытались справиться с экономическими трудностями путём увеличения поборов и повинностей (подушный налог).
В 1011 % белых горожан был меньше, чем в 1904, что объясняется эмиграцией англоязычного населения. Фактически отток был больше, т. к. их отъезд частично покрывался притоком африканеров. Выросла только численность населения Претории и Йоханнесбурга, в остальных крупных городах она сократилась.
Депрессия усилила удар, нанесённый войной по мелкотоварному хозяйству бурских фермеров. и натуральному хозяйству африканцев, ускорила развитие крупного капиталистического хозяйства и ускорила экономический рост Трансвааля содействовала увеличению пролетариата, изменению его национального состава, обострению социальных противоречий среди белого населения, усиление расистских предрассудков и расовой дискриминации.
***
Милнер организовал ввоз китайских рабочих (максимальное число – 54 тыс.), законтрактованных на 1904-09, чтобы обеспечить потребность шахт в рабочей силе. Но большинство населения, не шахтовладельцев, было против.
До начала «китайского эксперимента» традиционное разделение труда между белыми и небелыми в горной промышленности основывалось на отсутствии специального обучения африканцев, которые поэтому никак не могли конкурировать с квалифицированными белыми горняками. После 1904 это разделение стало официальным – все квалифицированные и полуквалифицированные виды работ закреплялись исключительно за белыми.
Параллельно усилилась антииндийская политика. Индийцы всё чаще стали говорить, что после англо-бурской войны их положение только ухудшилось. «Китайский эксперимент» пробудил к политической активности бурских лидеров и углубил раскол внутри англоязычного населения.
