![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
rositsa
Представляю вашему вниманию книгу:
Б. Р. Асоян. Сквозь 300 лет – От Кейпа до Трансвааля. Штрихи к портрету Южной Африки. – М. «Новости». – 1991. – 428 с.
Не буду утверждать, что эта книга была мне интересна от корки до корки. Некоторые абзацы я выписывала полностью, из других брала лишь опорные имена и даты. Поэтому я представляю вашему вниманию не книгу – но мой конспект этой книги.
Это типичный труд демократа-перестроечника, осенённый светлым крылом общечеловеческих ценностей. Местами настолько похоже на Давидсона, что некоторые места оттуда я приписывала последнему. ;-)
Но сначала немного об авторе. Борис Рубенович Асоян родился в 1945. Окончил МГИМО. Кандидат исторических наук, сотрудник института Африки АН СССР. Основное направление научных исследований – национально-освободительное движение в странах Африки. Позднее заместитель заведующего Вторым африканским отделом МИД СССР. К закату СССР — посол в Ботсване. По совместительству – сотрудник КГБ и журналист, написавший приличный список научно-пропагандистской литературы. Список книг.
О личной жизни и смерти: http://life.pravda.com.ua/person/2011/07/29/82399/view_comments
«Асоян, ведущий эксперт по Южной Африке, посол СССР в Ботсване, помог жене устроиться на работу во всемирно известную корпорацию «De Beers», контролирующую львиную долю мирового рынка алмазов. Сложилось двусмысленное положение: на переговорах с «De Beers» Асоян представлял интересы нашей страны, а его жена оказалась «по другую сторону баррикад».
Через какое-то время Асояна вызвали в МИД РФ. Ему якобы предложили выбрать: либо жена покинет «Де Бирс», либо его отзывают из Ботсваны. Асоян попросил месяц на размышление.
– Я хорошо знал Бориса, он никогда бы сам не ушел с посольского места, – убежден бывший сослуживец Асояна. – Он скорее попросил бы уйти с работы жену.
Ситуация разрешилась драматически – в 12.1992 Асоян покончил жизнь самоубийством при невыясненных до сих пор обстоятельствах. Асоян оставил несколько писем, в которых он открыто обвинял жену в своей смерти. Его коллеги и друзья убеждены, что именно семейные неурядицы во многом были тому причиной. Асоян завещал всё свое имущество и квартиру не жене, а дочери от первого брака.
Но те, кто хорошо знал покойного, усомнились в том, что это было самоубийство».
Первым человеком, назвавшим себя африканером, был Хендрик Биболт, гугенот (1707).
В Париже есть улицы Трансвааля, Кристиана де Вета и Филебуа Маруи (Так в тексте – Р.)
По переписи, в ЮАР живёт 50 тыс. человек с фамилией Нел;, Дю Плесси – 49, Фурье – 47,5, Дю Туа – 40 тыс.
В XIX африкаанс назывался «тааль» – язык – от первых поселенцев, говоривших на смеси с португальскими и малайскими выражениями.
Миф о том, что европейцы были здесь первыми – из наиболее сильных в политической мифологии африканеров. На его основе строится внешне убедительная теория об исконном праве африканеров на эти земли, а следовательно – незаконности любых притязаний на них чёрных.
В 1659 койкоин по имени Доман возглавил нападение на фермы поселенцев. Это был единственный успех. «Буры, войдя в первый контакт с этими странными людьми, пришли к выводу, что их уничтожение было единственно возможной политикой».
Тогда были посеяны первые семена трагедии Южной Африки.
Время от времени доза «небелой» крови напоминает о себе смуглокожими младенцами в семьях даже самых непримиримых защитников апартеида. В 1685 смешанные браки были запрещены, но поселенцы нарушали запрет.
«Бур не знает твёрдо установленных законов, он всецело доверяет своим политическим вождям, и их политика становится его политикой».
Газетам не верили, потому что они печатали законы и постановления английских властей.
Схватка за мыс Доброй Надежды носила преимущественно престижный характер.
Андриес Хендрик Потгитер – 1 из вождей переселенцев.
Вторгшись во владения банту, которые переживали период междоусобных войн, буры оказались в ещё более трудном положении. Ретиф был убит.
В период образования бурское население Трансвааля составляло 20 тыс. человек. Республики постоянно находились на грани банкротства и под угрозой нападения.
В 1641 (???) только 130 англичан уехало в Южную Африку.
в 1864 население Капской колонии было меньше полумиллиона человек, из которых европейцы составляли 180 тыс.
В Кимберли «либеральные» выходцы из Англии вели себя в отношении чёрных более жестоко, чем африканеры, которых Великобритания обвиняла в рабовладении и в качестве 1 из главных причин наступления на бурские интересы выдвигала именно задачу спасения африканцев от «варварского отношения». Если у африканцев сохранялись какие-то иллюзии в отношении англичан – ведь они всё же настаивали на отмене рабства, поддерживали требования о лучших условиях труда, – то они быстро рассеялись по мере наступления английского капитализма. Он оказался не мене жестоким, чем власть буров.
На алмазных копях Кимберли зарождался апартеид. Белые могли селиться вместе с жёнами и детьми. Чёрные – только без них. Жизнь чёрных рабочих всё больше становилась похожей на концлагерную, хотя этот термин появится в Южной Африке через 30 лет – его принесёт туда английский генерал Китченер.
Обыскивали только чёрных, хотя воровали все. Европейцы были против, считая раздевание позором.
В ответ на прокламацию 1883, обязывавшую всех подвергаться обыску, белые шахтёры создали Ассоциацию защиты своих прав и объявили забастовку. Забастовщиков и отказавшихся от обыска увольняли. В 10.1883 произошла забастовка, вылившаяся в вооружённое столкновение между белыми шахтёрами и вооружённой охраной. 6 шахтёров было убито. В 04.1887 против обыска взбунтовались чёрные.
В 1876 произошла война между педи и Трансваалем. Карательная экспедиция буров оказалась неудачной и окончательно разорила их республику. Через год они практически без сопротивления сдались на милость Англии, которая вторично взяла Трансвааль под свой контроль (первый раз это произошло в 1848). Защищая интересы буров, Крюгер отправился в Лондон, Гаагу и Берлин.
Жестокое поражение англичан от Кетчвайо развеяло миф о непобедимости Англии среди буров. 6 месяцев спустя зулусы, постоянно угрожавшие африканерам, были разбиты. Английское правительство Гладстона ужесточило политику в отношении Трансвааля. Тогда трансваальцы подняли восстание под руководством Крюгера, Жубера и Преториуса. Это была «первая война за независимость» в истории африканеров. Благодарные буры избрали 58-летнего Крюгера президентом.
Вскоре англичанам удалось нанести решающее поражение коса и захватить оставшиеся их владения – Транскей и Сискей. Был объявлен протекторат над Басутолендом. Англичане набросились на зулусов. Жестокое покорение зулусов заняло 8 лет, в течение которых англичане потерпели несколько поражений. Только в 1897 Зулуленд стал британской колонией.
В 1851 путешественник и художник Томас Байнс, чьи картины считаются сегодня национальным достоянием Южной Африки, прошёл путь от Грэмстауна на север, в Трансвааль. Подозрительные буры следили за ним, не без оснований считая, что его привлекли в эти края не только прекрасные пейзажи. Когда им показалось, что их догадки подтвердились, Байнсу приказали повернуть. По следам художника шли геологи. В 1870 Эдвард Баттон нашёл золото в Спитцкопе. Трансваальский парламент принял резолюцию, обязавшую правительство вознаградить любого, кто найдёт драгоценные камни или минералы.
В 1871 появились первые симптомы золотой лихорадки. В 1873 она охватила полмира. Много старателей прибыло из Калифорнии. Золотая лихорадка имела больше сходства с американской, чем алмазная.
В 1874 из трасваальского золота были отчеканены первые монеты.
Финансы Трансвааля были в то время в ужасном состоянии. Может быть, поэтому местные власти, забыв на время свою неприязнь к иностранцам, установили вполне тесные отношения с лагерем старателей и даже позволили им направить 2 представителей в Фольксраад в обмен на финансовую помощь.
Понятно стремление бюргеров не только спасти страну от банкротства, но и с помощью золота обеспечить бОльшую независимость от Англии. Как Трансвааль, так и старатели собирались строить железную дорогу в залив Делагоа. Это не нравилось Лондону. Но и консервативные буры были не в восторге от предложений правительства. План Крюгера казался им не только слишком либеральным, но и недальновидным: они считали, что его осуществление лишь навредит интересам Трансвааля.
Видно, уже тогда многие буры, – и в их число, несомненно, входил Крюгер, – понимали, что Лондон вновь постарается отнять у Трансвааля независимость. Блеск драгоценных камней и металлов был слишком ярок. Как сохранить самостоятельность в условиях, когда со всего мира в Трансвааль съезжаются искатели сокровищ, не признающие ни властей, ни законов? И к тому же пользуются покровительством Лондона?
Над этим, надо полагать, не раз задумывался Крюгер, личность необычная, вызывавшая противоречивые оценки. Он был привержен догмам кальвинизма – входил в маленькую общину допперов, самой консервативной ветви Голландской реформатской церкви (ГРЦ). Он ненавидел англичан, которые олицетворяли в его глазах безбожие и разврат. В Лондоне его репутация была более чем низкой. Ему платили той же ненавистью, называя «грязным невежей».
Крюгер прекрасно соответствовал стереотипному образу бура, который сложился в Европе к тому времени. Он был непредсказуем и упрям, не выказывал никакого желания знать, что происходит за пределами Трансвааля, был глубоко невежествен в науках. На государственных приёмах он демонстративно отказывался от вина и требовал молоко. Хотя он и ездил в Европу, он умер в уверенности, что Земля плоская. В его республике ничто не напоминало европейское государство. Бюргеры, или граждане, насчитывали всего несколько тыс. человек. Территорией своей они управляли чисто номинально. Буры пытались держать чёрных в повиновении лишь 1 способом: жестоко подавляя все восстания. Они традиционно не доверяли властям. Выбранные представители время от времени собирались в Фольксрааде, но реальная власть находилась в руках президента.
В 9 лет он вместе с родителями отправился по дорогам Великого трека, уже тогда впитав недоверие к англичанам. Свою юность он провёл пастухом, женился в 17 лет и стал фермером. Уже тогда он получил известность как храбрый партизан, сражавшийся против англичан и африканцев.
Несмотря на ненависть к уитлендерам, он использовал их богатства, введя различные налоги. Вопреки требованиям Англии он расширял торговлю с Германией. Он давал возможность бурам активно участвовать в торговле, тесня уитлендеров. Он выдавал им «монополии» на производство бренди, продажу динамита и воды, строительство железных дорог.
Короче говоря, Крюгер пытался использовать природные богатства своей страны для её развития, чем усиливал недовольство своей политикой в Великобритании. Как он говорил, «Каждая унция золота, взятая из внутренностей земли, будет оплачена реками слёз».
31.12.1886 сообщили: «Часть вельда под названием посёлок Йоханнесбург продана более чем за 20 000 фунтов ст.». Золотоносный участок продавался за несколько шиллингов. Город был назван в честь 29-летнего чиновника местной администрации, топографа Йоханна Риссика. Вначале название писалось раздельно.
Родс сначала не верил в перспективы Ранда. Потом он понял свою ошибку и возненавидел Ранд и Йоханнесбург. Это было единственное, в чём он сходился с Крюгером.
«С цветными обращаются не лучше, чем с рабами на плантациях».
Во второй пол. 1980-х африканцы получили возможность занимать руководящие посты, были сняты почти все запреты на профессии, включая самый давний – проведение взрывных работ. «Если дать чёрному динамит, он взорвёт и себя, и всех нас».
«Истерн Стар» отражавшая интересы золотопромышленников, открыто призывала к восстанию. «Голландский элемент в Трансваале будет размыт, низведён до положения, к которому он более всего подходит – сельскохозяйственные занятия или колонизация неразвитых стран к северу».
Крюгер приехал в Йоханнесбург 14.02.1887. Ему устроили торжественную встречу, однако Крюгер высказал уитлендерам всё, что накопилось за последние годы. Он предупредил, что в Йоханнесбурге живут его «шпионы», которые следят за каждым шагом тех, кто сеет смуту. Если старатели не прекратят враждебных действий, то он направит в город своих бюргеров, и они наведут порядок. Налоги не будут снижены. Голландский язык должен стать официальным. Город не получит ежедневной почтовой службы: «3 раз в неделю вполне достаточно». Отношение Претории к Йоханнесбургу осталось таким на долгие годы.
Город стоял на золоте, однако для его благоустройства денег никто не выделял. Владельцы крупных компаний подбивали старателей требовать денег от Претории и разжигали антибурские настроения.
Жизнь действительно была ужасной. Претория надеялась, что золото иссякнет, и потому нет смысла тратить деньги. Сказывалась уже входившая в поговорку скаредность буров. По этой же причине не принималось решительных мер против зачинщиков антиправительственных выступлений.
В 1885 была построена железная дорога к Ист-Лондону, Порт-Элизабету и Кейптауну. Через 15 лет после открытия алмазов было построено примерно 1620 миль железных дорог.
Для глубоких шахт нужно было больше дешёвых рабочих рук, разумеется, чёрных, т. к. белые требовали слишком высокие зарплаты. Когда белые шахтёры потребовали установления дискриминационного цветного барьера для чёрных рабочих в 1898, горнорудная палата сначала отклонила это требование, хотя согласилась с требованием полной сегрегации в местах проживания.
В самый разгар клеветнической кампании Крюгер посещает Лондон, устанавливает контакты с теми уитлендерами, которые готовы признать независимость Трансвааля. (Так в тексте. – Р.)
Родс считал, что все люди имеют свою цену и к любому можно подобрать ключи. Но с Крюгером не срабатывал ни 1 приём.
Родс хотел британской колонизации «Всей Африки, Священной Земли, долины Евфрат, островов Кипр и Кандия, всей Южной Америки, островов Тихого океана, ещё не захваченных Великобританией, всего Малайского архипелага, побережья Китая и Японии, восстановления США как неотъемлемой части Британской империи».
Кровавые, жадные маньяки обманывали народы мифами об идеальном государстве – вот только нужно завоевать весь мир, извести несколько наиболее вредных народов. чтобы оплодотворить человечество семенем единственно правильной расы, дать ему единственно верную идеологию. Нужно лишь немного пострадать, говорили они, зато потом на земле воцарятся вечный мир и счастье.
Именно на предприятиях Родса зародилась бесчеловечная система расовой дискриминации, он создал безжалостный механизм выжимания дешёвого и обильного труда из чёрных, низведённых до состояния рабов. Отголосок идей Родса слышался и в горячих призывах вождей африканерства от Крюгера до П. Боты к защите «чистоты африканерской расы», борьбе против наступления «чёрных, еретиков и коммунистов».
Да, Родс не был кровавым диктатором. Но его идеализм не был невинным. Кажущаяся «наивность» его теорий не более наивна, чем мечты Гитлера о мировом господстве – как бы шокирующе это не звучало для обожателей Родса. Кто знает, как бы он поступил, если бы имел более мощные средства?
Крюгер думал о закрытии шахт в Трансваале, надеясь предотвратить поглощение Трансвааля и буров. Он мешал Родсу.
Право голоса можно было получить только через 14 лет проживания в Трансваале.
Возглавляемая Родсом партия «Национальный союз» требовала коренных реформ.
Протестуя против деспотизма Претории, уитлендеры требовали выборов на основе «1 человек – 1 голос», но они не считали достойными этого права «каффиров» и «кули». Это была борьба 1 белого меньшинства против другого. Те немногие, кто робко предлагал подумать насчёт политических прав и африканцев, хотя бы наиболее «цивилизованных», подвергались осмеянию, как люди, ничего не смыслящие ни в политике, ни в экономике.
Крюгер вёл себя так, как будто не был связан с Великобританией никакими соглашениями. Но в соответствии с Лондонской конференцией 1884 ЮАР не имела права заключать договоры без согласия Лондона. А Крюгер, несмотря на это, подписал соглашения с Португалией, Голландией, торговую конвенцию с Германией. Дипломатические представители Трансвааля были аккредитованы в Берлине, Лиссабоне, Гааге и Париже. В Претории находились посольство Португалии, генконсул Нидерландов, консулы Германии, Франции, Бельгии, Турции и САСШ. Буры покупали оружие у Германии и Франции, строили укрепления вокруг Претории – что подогревало антибурские настроения в Великобритании.
Л. Джемсон заработал славу «мясника» в Машоналенде – он так жестоко расправлялся с недовольными, что Родс заменил его на посту губернатора менее кровожадным.
Крюгер знал почти всё о заговоре и своевременно принял меры. А заговорщики действовали как дилетанты. Это напоминало плохой детектив. Не было единства по вопросу о дальнейших действиях.
Большинство уитлендеров не любило «жирных котов» – золотых и алмазных магнатов. Некоторые магнаты предлагали отменить власть политиков и передать её бизнесменам.
Германия и США ухудшили отношения с Англией, поэтому заговорщики не могли рассчитывать на поддержку американцев и немцев.
65 человек из отряда Джемсона были убиты.
Может быть, в Англии заговорщики, в том числе на правительственном уровне, были бы наказаны, особенно если бы Крюгер проявил милосердие. Может быть, это дало бы Трансваалю ещё 1 шанс на поиск компромисса в отношения с уитлендерами и помогло бы отдалить войну с Англией. К этому шло дело. Крюгер поступил очень мудро и дальновидно. Несмотря на возражения буров, он пощадил заговорщиков.
Всё склонялось в пользу трансваальцев. Но реакция Германии изменила обстановку. Поздравительная телеграмма спасла репутацию заговорщиков. Кайзер добился того, что сплотил своего врага, убедил англичан в реальной опасности тесных связей между Германией и Трансваалем. Кайзер, сам того не желая, ухудшил положение своего подопечного – Крюгера.
А Джемсон стал национальным героем, членом парламента, директором «Де Бирс», премьером Капской колонии, рыцарем.
Его жизнь, как уверяют, вдохновила Киплинга на стихотворение «Заповедь» (Владей собой среди толпы смятенной...), перевод которого, сделанный М. Лозинским – 1 из лучших.
В самый разгар деятельности заговорщиков в Южную Африку из Кембриджа вернулся молодой юрист Смэтс. Он быстро разобрался в ситуации. По его мнению, рейд Джемсона был «настоящим объявлением войны в великом англо-бурском конфликте».
На тот момент в Трансваале жило 3000 выходцев из России.
Родс сомневался в необходимости боевых действий. Бейт поддерживал идею Милнера и предложил заём в 50 млн. фунтов ст. – он считал, что этого хватит.
В Индийском океане у южноафриканского побережья появилась сильная английская военная эскадра. В Англии была выпущена «Синяя книга ЮАР», представлявшая собой обвинительный акт против Трансвааля. «Синие книги», издававшиеся против раджей в Индии, служили юридической основой для карательной операции.
«Таймс» публиковала патриотические вопли Свинборна в защиту войны. «Ударь, Англия, вышиби из них дух!» (стихотворение «Трансвааль»).Буры, по его словам – не люди, а «псы, оскаленные в пене бешенства»
«Стар» от 06.10.1899 сообщила: «Газета «Фолкстем» рекомендует бурам вести агрессивную линию в отношении британских войск и нападать на них, как только появится возможность.
В Лондоне член парламента Генри Лабушер предупредил палату общин, что война с бурами может обойтись в 100 млн. ф. ст. Его осмеяли. Операцию против Трансвааля планировали закончить быстро и дёшево.
«Стар» от 10.10.1899: «Мосты сожжены, пройдёт всего несколько часов, и Южная Африка может быть брошена в самую гигантскую войну, которую она когда-либо имела несчастье иметь».
Б. Р. Асоян. Сквозь 300 лет – От Кейпа до Трансвааля. Штрихи к портрету Южной Африки. – М. «Новости». – 1991. – 428 с.
Не буду утверждать, что эта книга была мне интересна от корки до корки. Некоторые абзацы я выписывала полностью, из других брала лишь опорные имена и даты. Поэтому я представляю вашему вниманию не книгу – но мой конспект этой книги.
Это типичный труд демократа-перестроечника, осенённый светлым крылом общечеловеческих ценностей. Местами настолько похоже на Давидсона, что некоторые места оттуда я приписывала последнему. ;-)
Но сначала немного об авторе. Борис Рубенович Асоян родился в 1945. Окончил МГИМО. Кандидат исторических наук, сотрудник института Африки АН СССР. Основное направление научных исследований – национально-освободительное движение в странах Африки. Позднее заместитель заведующего Вторым африканским отделом МИД СССР. К закату СССР — посол в Ботсване. По совместительству – сотрудник КГБ и журналист, написавший приличный список научно-пропагандистской литературы. Список книг.
О личной жизни и смерти: http://life.pravda.com.ua/person/2011/07/29/82399/view_comments
«Асоян, ведущий эксперт по Южной Африке, посол СССР в Ботсване, помог жене устроиться на работу во всемирно известную корпорацию «De Beers», контролирующую львиную долю мирового рынка алмазов. Сложилось двусмысленное положение: на переговорах с «De Beers» Асоян представлял интересы нашей страны, а его жена оказалась «по другую сторону баррикад».
Через какое-то время Асояна вызвали в МИД РФ. Ему якобы предложили выбрать: либо жена покинет «Де Бирс», либо его отзывают из Ботсваны. Асоян попросил месяц на размышление.
– Я хорошо знал Бориса, он никогда бы сам не ушел с посольского места, – убежден бывший сослуживец Асояна. – Он скорее попросил бы уйти с работы жену.
Ситуация разрешилась драматически – в 12.1992 Асоян покончил жизнь самоубийством при невыясненных до сих пор обстоятельствах. Асоян оставил несколько писем, в которых он открыто обвинял жену в своей смерти. Его коллеги и друзья убеждены, что именно семейные неурядицы во многом были тому причиной. Асоян завещал всё свое имущество и квартиру не жене, а дочери от первого брака.
Но те, кто хорошо знал покойного, усомнились в том, что это было самоубийство».
I. Вид со Столовой горы
Первым человеком, назвавшим себя африканером, был Хендрик Биболт, гугенот (1707).
В Париже есть улицы Трансвааля, Кристиана де Вета и Филебуа Маруи (Так в тексте – Р.)
По переписи, в ЮАР живёт 50 тыс. человек с фамилией Нел;, Дю Плесси – 49, Фурье – 47,5, Дю Туа – 40 тыс.
В XIX африкаанс назывался «тааль» – язык – от первых поселенцев, говоривших на смеси с португальскими и малайскими выражениями.
Миф о том, что европейцы были здесь первыми – из наиболее сильных в политической мифологии африканеров. На его основе строится внешне убедительная теория об исконном праве африканеров на эти земли, а следовательно – незаконности любых притязаний на них чёрных.
II. Рождение «белого племени»
Сам ван Рибек потом уплыл в Азию.В 1659 койкоин по имени Доман возглавил нападение на фермы поселенцев. Это был единственный успех. «Буры, войдя в первый контакт с этими странными людьми, пришли к выводу, что их уничтожение было единственно возможной политикой».
Тогда были посеяны первые семена трагедии Южной Африки.
Время от времени доза «небелой» крови напоминает о себе смуглокожими младенцами в семьях даже самых непримиримых защитников апартеида. В 1685 смешанные браки были запрещены, но поселенцы нарушали запрет.
«Бур не знает твёрдо установленных законов, он всецело доверяет своим политическим вождям, и их политика становится его политикой».
Газетам не верили, потому что они печатали законы и постановления английских властей.
Схватка за мыс Доброй Надежды носила преимущественно престижный характер.
Андриес Хендрик Потгитер – 1 из вождей переселенцев.
Вторгшись во владения банту, которые переживали период междоусобных войн, буры оказались в ещё более трудном положении. Ретиф был убит.
В период образования бурское население Трансвааля составляло 20 тыс. человек. Республики постоянно находились на грани банкротства и под угрозой нападения.
В 1641 (???) только 130 англичан уехало в Южную Африку.
в 1864 население Капской колонии было меньше полумиллиона человек, из которых европейцы составляли 180 тыс.
III. О некоторых неожиданностях детской игры в алмазы
В Кимберли «либеральные» выходцы из Англии вели себя в отношении чёрных более жестоко, чем африканеры, которых Великобритания обвиняла в рабовладении и в качестве 1 из главных причин наступления на бурские интересы выдвигала именно задачу спасения африканцев от «варварского отношения». Если у африканцев сохранялись какие-то иллюзии в отношении англичан – ведь они всё же настаивали на отмене рабства, поддерживали требования о лучших условиях труда, – то они быстро рассеялись по мере наступления английского капитализма. Он оказался не мене жестоким, чем власть буров.
На алмазных копях Кимберли зарождался апартеид. Белые могли селиться вместе с жёнами и детьми. Чёрные – только без них. Жизнь чёрных рабочих всё больше становилась похожей на концлагерную, хотя этот термин появится в Южной Африке через 30 лет – его принесёт туда английский генерал Китченер.
Обыскивали только чёрных, хотя воровали все. Европейцы были против, считая раздевание позором.
В ответ на прокламацию 1883, обязывавшую всех подвергаться обыску, белые шахтёры создали Ассоциацию защиты своих прав и объявили забастовку. Забастовщиков и отказавшихся от обыска увольняли. В 10.1883 произошла забастовка, вылившаяся в вооружённое столкновение между белыми шахтёрами и вооружённой охраной. 6 шахтёров было убито. В 04.1887 против обыска взбунтовались чёрные.
В 1876 произошла война между педи и Трансваалем. Карательная экспедиция буров оказалась неудачной и окончательно разорила их республику. Через год они практически без сопротивления сдались на милость Англии, которая вторично взяла Трансвааль под свой контроль (первый раз это произошло в 1848). Защищая интересы буров, Крюгер отправился в Лондон, Гаагу и Берлин.
Жестокое поражение англичан от Кетчвайо развеяло миф о непобедимости Англии среди буров. 6 месяцев спустя зулусы, постоянно угрожавшие африканерам, были разбиты. Английское правительство Гладстона ужесточило политику в отношении Трансвааля. Тогда трансваальцы подняли восстание под руководством Крюгера, Жубера и Преториуса. Это была «первая война за независимость» в истории африканеров. Благодарные буры избрали 58-летнего Крюгера президентом.
Вскоре англичанам удалось нанести решающее поражение коса и захватить оставшиеся их владения – Транскей и Сискей. Был объявлен протекторат над Басутолендом. Англичане набросились на зулусов. Жестокое покорение зулусов заняло 8 лет, в течение которых англичане потерпели несколько поражений. Только в 1897 Зулуленд стал британской колонией.
В 1851 путешественник и художник Томас Байнс, чьи картины считаются сегодня национальным достоянием Южной Африки, прошёл путь от Грэмстауна на север, в Трансвааль. Подозрительные буры следили за ним, не без оснований считая, что его привлекли в эти края не только прекрасные пейзажи. Когда им показалось, что их догадки подтвердились, Байнсу приказали повернуть. По следам художника шли геологи. В 1870 Эдвард Баттон нашёл золото в Спитцкопе. Трансваальский парламент принял резолюцию, обязавшую правительство вознаградить любого, кто найдёт драгоценные камни или минералы.
В 1871 появились первые симптомы золотой лихорадки. В 1873 она охватила полмира. Много старателей прибыло из Калифорнии. Золотая лихорадка имела больше сходства с американской, чем алмазная.
В 1874 из трасваальского золота были отчеканены первые монеты.
Финансы Трансвааля были в то время в ужасном состоянии. Может быть, поэтому местные власти, забыв на время свою неприязнь к иностранцам, установили вполне тесные отношения с лагерем старателей и даже позволили им направить 2 представителей в Фольксраад в обмен на финансовую помощь.
Понятно стремление бюргеров не только спасти страну от банкротства, но и с помощью золота обеспечить бОльшую независимость от Англии. Как Трансвааль, так и старатели собирались строить железную дорогу в залив Делагоа. Это не нравилось Лондону. Но и консервативные буры были не в восторге от предложений правительства. План Крюгера казался им не только слишком либеральным, но и недальновидным: они считали, что его осуществление лишь навредит интересам Трансвааля.
Видно, уже тогда многие буры, – и в их число, несомненно, входил Крюгер, – понимали, что Лондон вновь постарается отнять у Трансвааля независимость. Блеск драгоценных камней и металлов был слишком ярок. Как сохранить самостоятельность в условиях, когда со всего мира в Трансвааль съезжаются искатели сокровищ, не признающие ни властей, ни законов? И к тому же пользуются покровительством Лондона?
Над этим, надо полагать, не раз задумывался Крюгер, личность необычная, вызывавшая противоречивые оценки. Он был привержен догмам кальвинизма – входил в маленькую общину допперов, самой консервативной ветви Голландской реформатской церкви (ГРЦ). Он ненавидел англичан, которые олицетворяли в его глазах безбожие и разврат. В Лондоне его репутация была более чем низкой. Ему платили той же ненавистью, называя «грязным невежей».
Крюгер прекрасно соответствовал стереотипному образу бура, который сложился в Европе к тому времени. Он был непредсказуем и упрям, не выказывал никакого желания знать, что происходит за пределами Трансвааля, был глубоко невежествен в науках. На государственных приёмах он демонстративно отказывался от вина и требовал молоко. Хотя он и ездил в Европу, он умер в уверенности, что Земля плоская. В его республике ничто не напоминало европейское государство. Бюргеры, или граждане, насчитывали всего несколько тыс. человек. Территорией своей они управляли чисто номинально. Буры пытались держать чёрных в повиновении лишь 1 способом: жестоко подавляя все восстания. Они традиционно не доверяли властям. Выбранные представители время от времени собирались в Фольксрааде, но реальная власть находилась в руках президента.
В 9 лет он вместе с родителями отправился по дорогам Великого трека, уже тогда впитав недоверие к англичанам. Свою юность он провёл пастухом, женился в 17 лет и стал фермером. Уже тогда он получил известность как храбрый партизан, сражавшийся против англичан и африканцев.
Несмотря на ненависть к уитлендерам, он использовал их богатства, введя различные налоги. Вопреки требованиям Англии он расширял торговлю с Германией. Он давал возможность бурам активно участвовать в торговле, тесня уитлендеров. Он выдавал им «монополии» на производство бренди, продажу динамита и воды, строительство железных дорог.
Короче говоря, Крюгер пытался использовать природные богатства своей страны для её развития, чем усиливал недовольство своей политикой в Великобритании. Как он говорил, «Каждая унция золота, взятая из внутренностей земли, будет оплачена реками слёз».
31.12.1886 сообщили: «Часть вельда под названием посёлок Йоханнесбург продана более чем за 20 000 фунтов ст.». Золотоносный участок продавался за несколько шиллингов. Город был назван в честь 29-летнего чиновника местной администрации, топографа Йоханна Риссика. Вначале название писалось раздельно.
Родс сначала не верил в перспективы Ранда. Потом он понял свою ошибку и возненавидел Ранд и Йоханнесбург. Это было единственное, в чём он сходился с Крюгером.
«С цветными обращаются не лучше, чем с рабами на плантациях».
Во второй пол. 1980-х африканцы получили возможность занимать руководящие посты, были сняты почти все запреты на профессии, включая самый давний – проведение взрывных работ. «Если дать чёрному динамит, он взорвёт и себя, и всех нас».
«Истерн Стар» отражавшая интересы золотопромышленников, открыто призывала к восстанию. «Голландский элемент в Трансваале будет размыт, низведён до положения, к которому он более всего подходит – сельскохозяйственные занятия или колонизация неразвитых стран к северу».
Крюгер приехал в Йоханнесбург 14.02.1887. Ему устроили торжественную встречу, однако Крюгер высказал уитлендерам всё, что накопилось за последние годы. Он предупредил, что в Йоханнесбурге живут его «шпионы», которые следят за каждым шагом тех, кто сеет смуту. Если старатели не прекратят враждебных действий, то он направит в город своих бюргеров, и они наведут порядок. Налоги не будут снижены. Голландский язык должен стать официальным. Город не получит ежедневной почтовой службы: «3 раз в неделю вполне достаточно». Отношение Претории к Йоханнесбургу осталось таким на долгие годы.
Город стоял на золоте, однако для его благоустройства денег никто не выделял. Владельцы крупных компаний подбивали старателей требовать денег от Претории и разжигали антибурские настроения.
Жизнь действительно была ужасной. Претория надеялась, что золото иссякнет, и потому нет смысла тратить деньги. Сказывалась уже входившая в поговорку скаредность буров. По этой же причине не принималось решительных мер против зачинщиков антиправительственных выступлений.
В 1885 была построена железная дорога к Ист-Лондону, Порт-Элизабету и Кейптауну. Через 15 лет после открытия алмазов было построено примерно 1620 миль железных дорог.
Для глубоких шахт нужно было больше дешёвых рабочих рук, разумеется, чёрных, т. к. белые требовали слишком высокие зарплаты. Когда белые шахтёры потребовали установления дискриминационного цветного барьера для чёрных рабочих в 1898, горнорудная палата сначала отклонила это требование, хотя согласилась с требованием полной сегрегации в местах проживания.
В самый разгар клеветнической кампании Крюгер посещает Лондон, устанавливает контакты с теми уитлендерами, которые готовы признать независимость Трансвааля. (Так в тексте. – Р.)
Родс считал, что все люди имеют свою цену и к любому можно подобрать ключи. Но с Крюгером не срабатывал ни 1 приём.
Родс хотел британской колонизации «Всей Африки, Священной Земли, долины Евфрат, островов Кипр и Кандия, всей Южной Америки, островов Тихого океана, ещё не захваченных Великобританией, всего Малайского архипелага, побережья Китая и Японии, восстановления США как неотъемлемой части Британской империи».
Кровавые, жадные маньяки обманывали народы мифами об идеальном государстве – вот только нужно завоевать весь мир, извести несколько наиболее вредных народов. чтобы оплодотворить человечество семенем единственно правильной расы, дать ему единственно верную идеологию. Нужно лишь немного пострадать, говорили они, зато потом на земле воцарятся вечный мир и счастье.
Именно на предприятиях Родса зародилась бесчеловечная система расовой дискриминации, он создал безжалостный механизм выжимания дешёвого и обильного труда из чёрных, низведённых до состояния рабов. Отголосок идей Родса слышался и в горячих призывах вождей африканерства от Крюгера до П. Боты к защите «чистоты африканерской расы», борьбе против наступления «чёрных, еретиков и коммунистов».
Да, Родс не был кровавым диктатором. Но его идеализм не был невинным. Кажущаяся «наивность» его теорий не более наивна, чем мечты Гитлера о мировом господстве – как бы шокирующе это не звучало для обожателей Родса. Кто знает, как бы он поступил, если бы имел более мощные средства?
Крюгер думал о закрытии шахт в Трансваале, надеясь предотвратить поглощение Трансвааля и буров. Он мешал Родсу.
IV. «Иудасбург» и голова черепахи
Право голоса можно было получить только через 14 лет проживания в Трансваале.
Возглавляемая Родсом партия «Национальный союз» требовала коренных реформ.
Протестуя против деспотизма Претории, уитлендеры требовали выборов на основе «1 человек – 1 голос», но они не считали достойными этого права «каффиров» и «кули». Это была борьба 1 белого меньшинства против другого. Те немногие, кто робко предлагал подумать насчёт политических прав и африканцев, хотя бы наиболее «цивилизованных», подвергались осмеянию, как люди, ничего не смыслящие ни в политике, ни в экономике.
Крюгер вёл себя так, как будто не был связан с Великобританией никакими соглашениями. Но в соответствии с Лондонской конференцией 1884 ЮАР не имела права заключать договоры без согласия Лондона. А Крюгер, несмотря на это, подписал соглашения с Португалией, Голландией, торговую конвенцию с Германией. Дипломатические представители Трансвааля были аккредитованы в Берлине, Лиссабоне, Гааге и Париже. В Претории находились посольство Португалии, генконсул Нидерландов, консулы Германии, Франции, Бельгии, Турции и САСШ. Буры покупали оружие у Германии и Франции, строили укрепления вокруг Претории – что подогревало антибурские настроения в Великобритании.
Л. Джемсон заработал славу «мясника» в Машоналенде – он так жестоко расправлялся с недовольными, что Родс заменил его на посту губернатора менее кровожадным.
Крюгер знал почти всё о заговоре и своевременно принял меры. А заговорщики действовали как дилетанты. Это напоминало плохой детектив. Не было единства по вопросу о дальнейших действиях.
Большинство уитлендеров не любило «жирных котов» – золотых и алмазных магнатов. Некоторые магнаты предлагали отменить власть политиков и передать её бизнесменам.
Германия и США ухудшили отношения с Англией, поэтому заговорщики не могли рассчитывать на поддержку американцев и немцев.
65 человек из отряда Джемсона были убиты.
Может быть, в Англии заговорщики, в том числе на правительственном уровне, были бы наказаны, особенно если бы Крюгер проявил милосердие. Может быть, это дало бы Трансваалю ещё 1 шанс на поиск компромисса в отношения с уитлендерами и помогло бы отдалить войну с Англией. К этому шло дело. Крюгер поступил очень мудро и дальновидно. Несмотря на возражения буров, он пощадил заговорщиков.
Всё склонялось в пользу трансваальцев. Но реакция Германии изменила обстановку. Поздравительная телеграмма спасла репутацию заговорщиков. Кайзер добился того, что сплотил своего врага, убедил англичан в реальной опасности тесных связей между Германией и Трансваалем. Кайзер, сам того не желая, ухудшил положение своего подопечного – Крюгера.
А Джемсон стал национальным героем, членом парламента, директором «Де Бирс», премьером Капской колонии, рыцарем.
Его жизнь, как уверяют, вдохновила Киплинга на стихотворение «Заповедь» (Владей собой среди толпы смятенной...), перевод которого, сделанный М. Лозинским – 1 из лучших.
В самый разгар деятельности заговорщиков в Южную Африку из Кембриджа вернулся молодой юрист Смэтс. Он быстро разобрался в ситуации. По его мнению, рейд Джемсона был «настоящим объявлением войны в великом англо-бурском конфликте».
На тот момент в Трансваале жило 3000 выходцев из России.
Родс сомневался в необходимости боевых действий. Бейт поддерживал идею Милнера и предложил заём в 50 млн. фунтов ст. – он считал, что этого хватит.
В Индийском океане у южноафриканского побережья появилась сильная английская военная эскадра. В Англии была выпущена «Синяя книга ЮАР», представлявшая собой обвинительный акт против Трансвааля. «Синие книги», издававшиеся против раджей в Индии, служили юридической основой для карательной операции.
«Таймс» публиковала патриотические вопли Свинборна в защиту войны. «Ударь, Англия, вышиби из них дух!» (стихотворение «Трансвааль»).Буры, по его словам – не люди, а «псы, оскаленные в пене бешенства»
«Стар» от 06.10.1899 сообщила: «Газета «Фолкстем» рекомендует бурам вести агрессивную линию в отношении британских войск и нападать на них, как только появится возможность.
В Лондоне член парламента Генри Лабушер предупредил палату общин, что война с бурами может обойтись в 100 млн. ф. ст. Его осмеяли. Операцию против Трансвааля планировали закончить быстро и дёшево.
«Стар» от 10.10.1899: «Мосты сожжены, пройдёт всего несколько часов, и Южная Африка может быть брошена в самую гигантскую войну, которую она когда-либо имела несчастье иметь».
