![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
rositsa
По материалам Study of African IQ levels proven to be substandard
В 2006 некие антропологи Линн (R.Lynn) и Ванханен (Vanhannen) опубликовали свои исследования по IQ. Они сообщили читателям, что у жителей Чёрной Африки этот показатель аномально низок, ниже 70, так что, мол, эти страны бедные от собственной интеллектуальной недостаточности и пусть они на жизнь не жалуются.
И вот стало известно, что Jelte M.Wicherts с соавторами разобрали их труды и пришли к выводу, что эти работы некачественные (а точнее, просто фальсифицированные). Линн с Ванханеном игнорировали именно те исследования, в которых были показаны максимальные значения IQ. При использовании несмещённой выборки IQ африканцев оказывается 80-82, что было нормальным в Голландии или Дании в 1950-е.
В ХХ в. во всём мире имел место т. н. «эффект Флинна» (Flynn Effect), или интеллектуальная акселерация (ИА) – рост средневыборочных значений IQ населения. С настоящей акселерацией она сходна тем, что также распространяется из более урбанизированных/индустриализированных стран в менее, из города в село, из центра на периферию и т. п. Сейчас средний уровень IQ в Англии равен 100, в США – 98.
Все сходятся в том, что причины ИА – улучшение питания, образования, здравоохранения (1 из важных предикторов IQ – это вес при рождении для здоровых детей, независимо от культуры и расы). В развитых странах среди бедняков, нацменьшинств, иммигрантов второго-третьего поколения рост IQ продолжается до сих пор, а у «белого среднего класса», он, возможно, застопорился. Есть и генетическая гипотеза, объясняющие ИА гетерозисом, связанным с аутбридингом в крупных городах, но она не очень убедительны. Понятно, что в бедных и слабоурбанизированных странах ИА начнётся позже и будет проявляться хуже всего.
1) Сложность состоит в том, что разработанные в западных странах многочисленные тесты на IQ надо адаптировать для реалий и менталитета африканцев. Скажем, тест «Нарисуй человечка» в Судане предлагался детям, которые никогда не держали карандаш, или думали что это не карандаш, а острая палочка, которой можно пользоваться для других целей. На картинках присутствуют предметы, незнакомые испытуемому, вроде телефона, фигурирует одежда, при том, что значительная часть детей ходит голыми и «наше» значение одежды у них просто отсутствует. Даже при переносе теста из 1 «цивилизованной» страны в другую влияет разница культур. Например, вопрос «Какой американский президент соответствует цифре 5?» подразумевал ответ, какой изображён на 5-долларовой купюре. Россияне же (включая иммигрантов в Штаты) считали, что имеется в виду порядковый номер президента.
Просто перевести оригинальную инструкцию на свази или кикуйю – получишь непонимание, и низкий результат теста не будет связан с действительно низким IQ. Адаптировать к реалиям местной культуры – это нетривиальная задача, для которой нужно иметь местные кадры подготовленных психологов, умеющих сотрудничать с соответствующими западными, но изменение состава невербальных и вербальных задач не позволяет понять, каким образом «африканский» IQ соотносится с «западным» IQ. Тем не менее талант компетентных учёных преодолевает эту преграду.
2) Ещё очень серьёзный момент – при тестировании очень трудно отделить здоровых детей от больных, а болезни, в первую очередь заражённость заражённость паразитами, от малярии до гельминтозов, сильно снижает IQ, поскольку падает активность и мотивация к достижениям. Авторы критического исследования старались отделить выборки явно больных (например, с гельминтами в тестикулах), но в целом уверенности в чётком разделении у них нет, а критикуемые ими авторы даже и не задались такой целью.
Практически для всех людей, всех культур и цветов кожи IQ – хороший предиктор их успеваемости в школах европейского типа (предсказывает ли он столь же хорошо способности ученика, обучающегося в ешиве или медресе, или любому традиционному ремеслу у тамошнего учителя – никто не исследовал, а интересно!). Успеваемость он предсказывает много успешнее, чем способность к будущей работе и достижения во взрослой жизни. Поэтому существенная часть исследователей считает IQ показателем не интеллекта, не знания или ума как умения мобилизовать знание, а социализации, приобщённости и адаптированности к культуре господствующего слоя. Значения IQ и значения тестов достижений по школьным предметам тесно коррелируют друг с другом, эта корреляция сильная – где-то 0,9 – и не зависит от культуры и расы.
Данные по странам Чёрной Африки почему-то у Линна выпали из этой корреляции – тесты достижений невысоки, но не выпадают из общей картины, а значения IQ оказались непропорционально ниже. Отдельная тема – как можно вычислить некий средний показатель в странах с чудовищными контрастами между городом и деревней, между «цивилизованным» населением и совсем дикими племенами из буша, между грамотными людьми, получившими современное образование, и неграмотными, не имеющими и традиционного и т. п.
Практически по всем странам чёрной Африки годные исследования дают значительно больший IQ популяции, чем значения, представленные Линном и Ванханненом. Такого рода сдвиг при произведении выводов на основании 1 и той же базы непосредственных исследований естественным образом рождает предположение о тенденциозном отборе у Линна с Ванханненом, что они действуют как тот продавец, который никогда не ошибается себе во вред, только на пользу. (Есть ещё такой как бы учёный – Филипп Раштон; его много раз ловили на сходных вещах).
Учитывая, что IQ в странах Чёрной Африки получается примерно таким же, как и в Европе XX в., можно предсказать, что он будет так же повышаться, когда (и если) улучшатся бытовые условия, качество медицины и образования африканцев. И, естественно, должны быть пересчитаны многочисленные корреляции, которые успели насчитать экономисты, следующие подходу Линна с Ванханеном – между национальными IQ и уровнем преступности, заболеваемостью СПИДом и т. п. Они, в общем, и так невелики, а тут ослабнут ещё более.
***
И ещё несколько замечаний по IQ.
1. При измерении IQ критически зависит от некогнитивных факторов вроде тревожности, причём именно в области высоких значений.
2. При формировании IQ критически зависит от таких факторов, которые не имеют отношения к интеллектуальному развитию, а связаны с фактом рождения в данной семье, образом жизни родителей, качеством питания. И гены, коррелирующие с IQ, также относятся не к умственному развитию. Например, это гены, влияющие на наследование низкого веса при рождении, аутизма, алкоголизма и различных эмоциональных нарушений.
3. Известная корреляция, при которой впадение в бедность снижает IQ, нарушается у т. н. «устойчивых детей» , которые появляются даже в самых тяжелых условиях в значительном количестве – 20-25 %. У устойчивых детей IQ не снижен, потому что их родители иначе с ними обращаются, развивают их и не следуют тем обычным стереотипам, которые отрицательно сказываются на развитии детей бедняков.
К слову, именно данные Линна с Ванханненом имел в виду нобелевский лауреат Дж. Уотсон, когда делал свои неосторожные заявления об интеллектуальной неполноценности африканцев. Он не выразил своё предубеждение, как можно было бы подумать, а. как настоящий учёный, опирался на конкретное исследование, опубликованное в приличном журнале.
В 2006 некие антропологи Линн (R.Lynn) и Ванханен (Vanhannen) опубликовали свои исследования по IQ. Они сообщили читателям, что у жителей Чёрной Африки этот показатель аномально низок, ниже 70, так что, мол, эти страны бедные от собственной интеллектуальной недостаточности и пусть они на жизнь не жалуются.
И вот стало известно, что Jelte M.Wicherts с соавторами разобрали их труды и пришли к выводу, что эти работы некачественные (а точнее, просто фальсифицированные). Линн с Ванханеном игнорировали именно те исследования, в которых были показаны максимальные значения IQ. При использовании несмещённой выборки IQ африканцев оказывается 80-82, что было нормальным в Голландии или Дании в 1950-е.
В ХХ в. во всём мире имел место т. н. «эффект Флинна» (Flynn Effect), или интеллектуальная акселерация (ИА) – рост средневыборочных значений IQ населения. С настоящей акселерацией она сходна тем, что также распространяется из более урбанизированных/индустриализированных стран в менее, из города в село, из центра на периферию и т. п. Сейчас средний уровень IQ в Англии равен 100, в США – 98.
Все сходятся в том, что причины ИА – улучшение питания, образования, здравоохранения (1 из важных предикторов IQ – это вес при рождении для здоровых детей, независимо от культуры и расы). В развитых странах среди бедняков, нацменьшинств, иммигрантов второго-третьего поколения рост IQ продолжается до сих пор, а у «белого среднего класса», он, возможно, застопорился. Есть и генетическая гипотеза, объясняющие ИА гетерозисом, связанным с аутбридингом в крупных городах, но она не очень убедительны. Понятно, что в бедных и слабоурбанизированных странах ИА начнётся позже и будет проявляться хуже всего.
1) Сложность состоит в том, что разработанные в западных странах многочисленные тесты на IQ надо адаптировать для реалий и менталитета африканцев. Скажем, тест «Нарисуй человечка» в Судане предлагался детям, которые никогда не держали карандаш, или думали что это не карандаш, а острая палочка, которой можно пользоваться для других целей. На картинках присутствуют предметы, незнакомые испытуемому, вроде телефона, фигурирует одежда, при том, что значительная часть детей ходит голыми и «наше» значение одежды у них просто отсутствует. Даже при переносе теста из 1 «цивилизованной» страны в другую влияет разница культур. Например, вопрос «Какой американский президент соответствует цифре 5?» подразумевал ответ, какой изображён на 5-долларовой купюре. Россияне же (включая иммигрантов в Штаты) считали, что имеется в виду порядковый номер президента.
Просто перевести оригинальную инструкцию на свази или кикуйю – получишь непонимание, и низкий результат теста не будет связан с действительно низким IQ. Адаптировать к реалиям местной культуры – это нетривиальная задача, для которой нужно иметь местные кадры подготовленных психологов, умеющих сотрудничать с соответствующими западными, но изменение состава невербальных и вербальных задач не позволяет понять, каким образом «африканский» IQ соотносится с «западным» IQ. Тем не менее талант компетентных учёных преодолевает эту преграду.
2) Ещё очень серьёзный момент – при тестировании очень трудно отделить здоровых детей от больных, а болезни, в первую очередь заражённость заражённость паразитами, от малярии до гельминтозов, сильно снижает IQ, поскольку падает активность и мотивация к достижениям. Авторы критического исследования старались отделить выборки явно больных (например, с гельминтами в тестикулах), но в целом уверенности в чётком разделении у них нет, а критикуемые ими авторы даже и не задались такой целью.
Практически для всех людей, всех культур и цветов кожи IQ – хороший предиктор их успеваемости в школах европейского типа (предсказывает ли он столь же хорошо способности ученика, обучающегося в ешиве или медресе, или любому традиционному ремеслу у тамошнего учителя – никто не исследовал, а интересно!). Успеваемость он предсказывает много успешнее, чем способность к будущей работе и достижения во взрослой жизни. Поэтому существенная часть исследователей считает IQ показателем не интеллекта, не знания или ума как умения мобилизовать знание, а социализации, приобщённости и адаптированности к культуре господствующего слоя. Значения IQ и значения тестов достижений по школьным предметам тесно коррелируют друг с другом, эта корреляция сильная – где-то 0,9 – и не зависит от культуры и расы.
Данные по странам Чёрной Африки почему-то у Линна выпали из этой корреляции – тесты достижений невысоки, но не выпадают из общей картины, а значения IQ оказались непропорционально ниже. Отдельная тема – как можно вычислить некий средний показатель в странах с чудовищными контрастами между городом и деревней, между «цивилизованным» населением и совсем дикими племенами из буша, между грамотными людьми, получившими современное образование, и неграмотными, не имеющими и традиционного и т. п.
Практически по всем странам чёрной Африки годные исследования дают значительно больший IQ популяции, чем значения, представленные Линном и Ванханненом. Такого рода сдвиг при произведении выводов на основании 1 и той же базы непосредственных исследований естественным образом рождает предположение о тенденциозном отборе у Линна с Ванханненом, что они действуют как тот продавец, который никогда не ошибается себе во вред, только на пользу. (Есть ещё такой как бы учёный – Филипп Раштон; его много раз ловили на сходных вещах).
Учитывая, что IQ в странах Чёрной Африки получается примерно таким же, как и в Европе XX в., можно предсказать, что он будет так же повышаться, когда (и если) улучшатся бытовые условия, качество медицины и образования африканцев. И, естественно, должны быть пересчитаны многочисленные корреляции, которые успели насчитать экономисты, следующие подходу Линна с Ванханеном – между национальными IQ и уровнем преступности, заболеваемостью СПИДом и т. п. Они, в общем, и так невелики, а тут ослабнут ещё более.
***
И ещё несколько замечаний по IQ.
1. При измерении IQ критически зависит от некогнитивных факторов вроде тревожности, причём именно в области высоких значений.
2. При формировании IQ критически зависит от таких факторов, которые не имеют отношения к интеллектуальному развитию, а связаны с фактом рождения в данной семье, образом жизни родителей, качеством питания. И гены, коррелирующие с IQ, также относятся не к умственному развитию. Например, это гены, влияющие на наследование низкого веса при рождении, аутизма, алкоголизма и различных эмоциональных нарушений.
3. Известная корреляция, при которой впадение в бедность снижает IQ, нарушается у т. н. «устойчивых детей» , которые появляются даже в самых тяжелых условиях в значительном количестве – 20-25 %. У устойчивых детей IQ не снижен, потому что их родители иначе с ними обращаются, развивают их и не следуют тем обычным стереотипам, которые отрицательно сказываются на развитии детей бедняков.
К слову, именно данные Линна с Ванханненом имел в виду нобелевский лауреат Дж. Уотсон, когда делал свои неосторожные заявления об интеллектуальной неполноценности африканцев. Он не выразил своё предубеждение, как можно было бы подумать, а. как настоящий учёный, опирался на конкретное исследование, опубликованное в приличном журнале.
