![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
rositsaПосле консультаций с семьей покойного Томанович направил официальный запрос МТЮ, в котором потребовал, чтобы вскрытие тела Милошевича было проведено в Москве, а не в Гааге. "Я настаивал на этом в особенности потому, что Милошевич не раз заявлял, что в тюрьме его пытались отравить". 11.03.2006 вице-президент СПС Милорад Вучилич (Milorad Vucilic) сообщил, что и Мира Маркович требует как можно быстрее доставить Милошевича в Москву для вскрытия и проведения независимой экспертизы. Семья покойного не верила в то, что эксперты МТЮ способны беспристрастно определить причину его смерти. "Близкие не доверяют аутопсии в Гааге и просили, чтобы в этом участвовали врачи из России", - сказал 12.03.2006 старший брат Слободана Борислав. Однако представители МТЮ просьбу отклонили, отказавшись комментировать заявления юриста. Но в МТЮ согласились, чтобы при аутопсии, проводимой в Институте судебной медицины, присутствовали 2 серба.
Вечером 11.03.2006 из ворот тюрьмы МТЮ в Институт судебной медицины выехал кортеж автомашин, в 1 из которых находится тело Милошевича, для проведения вскрытия и токсикологической экспертизы. Туда же поехал Томанович. В этом госпитале силами голландских специалистов должны быть проведены патологоанатомическая и токсикологическая экспертизы. Вскрытие началось несколько позже запланированного, потому что ждали приезда специалиста из Сербии – чтобы парировать подозрения соратников Милошевича. Исследование произвели голландские патанатомы, но в присутствии 2 опытных специалистов из белградской Военно-медицинской академии (в т. ч. главного врача Национального совета по сотрудничеству с МТЮ) и 1 бельгийца. Хотя первоначально обещали присутствие россиянина, но Шартье опроверг сообщения о том, что российские специалисты присутствовали на вскрытии тела Милошевича. "Просьба о допуске специалиста из России поступила 11.03.2006 от Томановича, который помогал Милошевичу. Холтхейс дал разрешение на присутствие российского патологоанатома при вскрытии. Его приезд в Гаагу собирался организовать Томанович, но, по той или иной причине, российский специалист в Гаагу не прибыл". Аутопсия длилась более 4 часов (по другим данным, более 5 или даже 8). Процедура вскрытия тела Слободана Милошевича завершилась за полночь. Всю процедуру записывали на видео. Результат - сухой отчет объемом не более страницы с указанием причины смерти.
Заодно с сербскими медиками Гаагу посетил Ляич, чтобы 12.03.2006 встретиться с Покаром и дель Понте. «Ляич прибыл в Гаагу вместе для наблюдения за вынесением заключения о причинах смерти Милошевича». Делегация сербских чиновников и медиков вернулась в Белград этой же ночью.
По результатам проведённого исследования 12.03.2006 официальный представитель трибунала Александра Миленов объявила, как дальше будет проходить МТЮ по делу Милошевича, на какой стадии находится расследование его смерти. "Как правило, когда обвиняемый умирает во время слушаний, слушания прекращаются. Мы пока не можем сказать ничего определенного, расследование продолжается. Пока мы знаем лишь, что причиной смерти стал инфаркт миокарда. В ходе вскрытия врачи обнаружили 2 патологии, которые могут объяснить инфаркт. Это все, что мы можем сказать сейчас до результатов токсикологической экспертизы". Однако она сказала, что пока в качестве причины смерти нельзя исключить отравление. "Пока слишком рано делать какие-либо выводы. Следственные действия продолжаются. Окончательные результаты следует ждать не ранее, чем через пару дней". Токсикологический анализ тканей пока не завершен, и МТЮ поддерживает контакты с семьей покойного.
Такой предварительный диагноз, как инфаркт, не очень-то удивителен для немолодого мужчины, находящегося в условиях постоянного стресса. Но что именно спровоцировало приступ - пока загадка.
(http://www.izvestia.ru/politic/article3087832
То, что Милошевич не принимал прописанные ему лекарства? Или занимался самолечением? Или же - на этой версии настаивают сторонники президента - ему вводились некие препараты, которые в итоге и привели к летальному исходу?)
(http://www.utro.ru/articles/2006/03/18/531370.shtml
Все страшные истории об отравлении поблекли после того, как врачи провели вскрытие. Не следует, однако же, полагать, что "какое-то" вскрытие могло положить конец посмертным прениям. Впрочем, официальная власть отвергает догадки, и предоставляет им место в партийных газетах и в закоулках Интернета).
Смерть Милошевича можно было предвидеть. Врачи и судьи знали о проблемах со здоровьем 64-летнего экс-президента. Из-за плохого самочувствия подсудимого слушания на процессе проводились по 4 часа в день всего 3 раза в неделю, а судебные заседания неоднократно откладывались. В общей сложности процесс над Милошевичем прерывался 22 раза в связи с ухудшением его здоровья. Он страдал повышенным артериальным давлением и сердечно-сосудистыми заболеваниями. Сам он постоянно говорил: "У меня сильный шум в голове и ушах", а 2 кардиолога, прикрепленных к Милошевичу в Гааге, сообщили о "высокой вероятности гипертонического криза у пациента". Милошевич постоянно говорил, что тюремные врачи ему не помогают.
За несколько месяцев до смерти самочувствие Милошевича в очередной раз резко ухудшилось. Это послужило причиной для обращения подсудимого к трибуналу с просьбой отпустить его в Россию на лечение в российский Центр сердечно-сосудистой хирургии имени А.Н. Бакулева. МИД России поддержал инициативу Милошевича и еще 17.01.2006 направил запрошенные руководством МТЮ беспрецедентные гарантии личной безопасности Милошевича, его своевременного возвращения в Гаагу, а также соблюдения всех дополнительных условий, которые могли быть установлены судом в отношении экс-президента Югославии. Врачи московского Центра сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева готовы были взяться за излечение недуга. Но 24.02.2006 МТЮ отверг просьбу. Судьи были непреклонны и призвали его перестать тянуть время. (В общем, фактически его обвинили в симуляции. И получилось, как у Гашека: «Раз лежал там один с самым настоящим сыпным тифом, а другой рядом с ним в черной оспе. Полковой врач пинал их ногой в брюхо за то, что, дескать, симулируют. Но когда оба солдата померли, все это попало в газеты» http://www.booksite.ru/fulltext/1/001/001/027/3.htm). Поводом для отказа стал доклад обвинения, которое утверждало: бывший югославский лидер намеренно не принимал некоторые прописанные ему тюремным врачом лекарства. И тем самым специально ухудшал состояние здоровья. При этом судьи говорили об отсутствии четких доказательств, свидетельствующих, что подсудимому необходимо медицинское обслуживание за пределами Нидерландов. Кроме того, гаагские судьи полагали, что процесс над Милошевичем находится в завершающей фазе и прерывать его сейчас, чтобы дать экс-президенту Югославии передышку, крайне нежелательно.
После вскрытия прокурор Гааги предоставил тело Милошевича в распоряжение МТЮ, который может выдать тело югославского экс-президента, кому сочтет нужным. Покар также приказал заместителю председателя МТЮ Паркеру провести внутреннее расследование причин смерти Милошевича. Относительно отказа со стороны МТЮ временно освободить экс-югославского лидера для прохождения курса лечения в Москве Покар изложил позицию согласно которой назначенные Милошевичу адвокаты не предприняли конкретных попыток доказать, что обвиняемому не может быть оказана соответствующая медицинская помощь в Нидерландах, и что судебная палата ясно выразила свое согласие на возможность приезда иностранных специалистов в Нидерланды для лечения его здесь.
Масла в огонь должно было подлить (но не подлило) следующее заявление Томановича (См. http://www.vz.ru/news/2006/3/18/26400.html): «Милошевич мог выжить, если бы сразу после инфаркта был перевезен в больницу».
Вечером 11.03.2006 из ворот тюрьмы МТЮ в Институт судебной медицины выехал кортеж автомашин, в 1 из которых находится тело Милошевича, для проведения вскрытия и токсикологической экспертизы. Туда же поехал Томанович. В этом госпитале силами голландских специалистов должны быть проведены патологоанатомическая и токсикологическая экспертизы. Вскрытие началось несколько позже запланированного, потому что ждали приезда специалиста из Сербии – чтобы парировать подозрения соратников Милошевича. Исследование произвели голландские патанатомы, но в присутствии 2 опытных специалистов из белградской Военно-медицинской академии (в т. ч. главного врача Национального совета по сотрудничеству с МТЮ) и 1 бельгийца. Хотя первоначально обещали присутствие россиянина, но Шартье опроверг сообщения о том, что российские специалисты присутствовали на вскрытии тела Милошевича. "Просьба о допуске специалиста из России поступила 11.03.2006 от Томановича, который помогал Милошевичу. Холтхейс дал разрешение на присутствие российского патологоанатома при вскрытии. Его приезд в Гаагу собирался организовать Томанович, но, по той или иной причине, российский специалист в Гаагу не прибыл". Аутопсия длилась более 4 часов (по другим данным, более 5 или даже 8). Процедура вскрытия тела Слободана Милошевича завершилась за полночь. Всю процедуру записывали на видео. Результат - сухой отчет объемом не более страницы с указанием причины смерти.
Заодно с сербскими медиками Гаагу посетил Ляич, чтобы 12.03.2006 встретиться с Покаром и дель Понте. «Ляич прибыл в Гаагу вместе для наблюдения за вынесением заключения о причинах смерти Милошевича». Делегация сербских чиновников и медиков вернулась в Белград этой же ночью.
По результатам проведённого исследования 12.03.2006 официальный представитель трибунала Александра Миленов объявила, как дальше будет проходить МТЮ по делу Милошевича, на какой стадии находится расследование его смерти. "Как правило, когда обвиняемый умирает во время слушаний, слушания прекращаются. Мы пока не можем сказать ничего определенного, расследование продолжается. Пока мы знаем лишь, что причиной смерти стал инфаркт миокарда. В ходе вскрытия врачи обнаружили 2 патологии, которые могут объяснить инфаркт. Это все, что мы можем сказать сейчас до результатов токсикологической экспертизы". Однако она сказала, что пока в качестве причины смерти нельзя исключить отравление. "Пока слишком рано делать какие-либо выводы. Следственные действия продолжаются. Окончательные результаты следует ждать не ранее, чем через пару дней". Токсикологический анализ тканей пока не завершен, и МТЮ поддерживает контакты с семьей покойного.
Такой предварительный диагноз, как инфаркт, не очень-то удивителен для немолодого мужчины, находящегося в условиях постоянного стресса. Но что именно спровоцировало приступ - пока загадка.
(http://www.izvestia.ru/politic/article3087832
То, что Милошевич не принимал прописанные ему лекарства? Или занимался самолечением? Или же - на этой версии настаивают сторонники президента - ему вводились некие препараты, которые в итоге и привели к летальному исходу?)
(http://www.utro.ru/articles/2006/03/18/531370.shtml
Все страшные истории об отравлении поблекли после того, как врачи провели вскрытие. Не следует, однако же, полагать, что "какое-то" вскрытие могло положить конец посмертным прениям. Впрочем, официальная власть отвергает догадки, и предоставляет им место в партийных газетах и в закоулках Интернета).
Смерть Милошевича можно было предвидеть. Врачи и судьи знали о проблемах со здоровьем 64-летнего экс-президента. Из-за плохого самочувствия подсудимого слушания на процессе проводились по 4 часа в день всего 3 раза в неделю, а судебные заседания неоднократно откладывались. В общей сложности процесс над Милошевичем прерывался 22 раза в связи с ухудшением его здоровья. Он страдал повышенным артериальным давлением и сердечно-сосудистыми заболеваниями. Сам он постоянно говорил: "У меня сильный шум в голове и ушах", а 2 кардиолога, прикрепленных к Милошевичу в Гааге, сообщили о "высокой вероятности гипертонического криза у пациента". Милошевич постоянно говорил, что тюремные врачи ему не помогают.
За несколько месяцев до смерти самочувствие Милошевича в очередной раз резко ухудшилось. Это послужило причиной для обращения подсудимого к трибуналу с просьбой отпустить его в Россию на лечение в российский Центр сердечно-сосудистой хирургии имени А.Н. Бакулева. МИД России поддержал инициативу Милошевича и еще 17.01.2006 направил запрошенные руководством МТЮ беспрецедентные гарантии личной безопасности Милошевича, его своевременного возвращения в Гаагу, а также соблюдения всех дополнительных условий, которые могли быть установлены судом в отношении экс-президента Югославии. Врачи московского Центра сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева готовы были взяться за излечение недуга. Но 24.02.2006 МТЮ отверг просьбу. Судьи были непреклонны и призвали его перестать тянуть время. (В общем, фактически его обвинили в симуляции. И получилось, как у Гашека: «Раз лежал там один с самым настоящим сыпным тифом, а другой рядом с ним в черной оспе. Полковой врач пинал их ногой в брюхо за то, что, дескать, симулируют. Но когда оба солдата померли, все это попало в газеты» http://www.booksite.ru/fulltext/1/001/001/027/3.htm). Поводом для отказа стал доклад обвинения, которое утверждало: бывший югославский лидер намеренно не принимал некоторые прописанные ему тюремным врачом лекарства. И тем самым специально ухудшал состояние здоровья. При этом судьи говорили об отсутствии четких доказательств, свидетельствующих, что подсудимому необходимо медицинское обслуживание за пределами Нидерландов. Кроме того, гаагские судьи полагали, что процесс над Милошевичем находится в завершающей фазе и прерывать его сейчас, чтобы дать экс-президенту Югославии передышку, крайне нежелательно.
После вскрытия прокурор Гааги предоставил тело Милошевича в распоряжение МТЮ, который может выдать тело югославского экс-президента, кому сочтет нужным. Покар также приказал заместителю председателя МТЮ Паркеру провести внутреннее расследование причин смерти Милошевича. Относительно отказа со стороны МТЮ временно освободить экс-югославского лидера для прохождения курса лечения в Москве Покар изложил позицию согласно которой назначенные Милошевичу адвокаты не предприняли конкретных попыток доказать, что обвиняемому не может быть оказана соответствующая медицинская помощь в Нидерландах, и что судебная палата ясно выразила свое согласие на возможность приезда иностранных специалистов в Нидерланды для лечения его здесь.
Масла в огонь должно было подлить (но не подлило) следующее заявление Томановича (См. http://www.vz.ru/news/2006/3/18/26400.html): «Милошевич мог выжить, если бы сразу после инфаркта был перевезен в больницу».
