Большая Адронная Кукла
28/09/2008 03:29 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
rositsaЗамочная скважина Вселенной
19.09.2008 прибывшие из Женевы ученые Института ядерной физики рассказали о потенциальных результатах эксперимента на Большом адроннос коллайдере.
– Участие российской стороны в проекте организовывать было особенно сложно, – комментирует директор ИЯФа Александр Скринский. – В 1996 не верили, что в условиях экономической нестабильности и политической неопределенности Россия может создать что-то серьезное. Загадывать приходилось на 30 лет вперед: 15 лет – создание проекта и еще 15 лет работы.
Тихонов, Скринский, Бондарь
В итоге подписал соглашение об участии тогдашний премьер Черномырдин. Хотя бы из-за этого его стоит помянуть в истории добрым словом, иронизировали ученые. И Россия не подкачала. Всего 3 государства имели больший вклад в проект, чем наша страна. 80 процентов российского вклада в ускорительную часть проекта выполнил ИЯФ. «Наш институт выполнил работ на сумму большую, чем все лаборатории США вместе взятые».
Сама идея встречных протон-протонных пучков принадлежит основателю ИЯФ академику Андрею Будкеру (параллельно велись исследования в Стенфорде, США). Поэтому именно новосибирскому институту была поручена разработка и организация концептуально важной части коллайдера. «Получение сжатых пучков тяжелых ядер основано на использовании электронного охлаждения – метод, который разработали в ИЯФе. Мы сделали установку, позволяющую сжимать пучки в процессе их приготовления. И уже первая проводка пучка в накопитель, первый выстрел был успешным». Сроки были жесткие. К 2001 ИЯФ должен был поставить 4000 тонн высокотехнологичного оборудования. Наш институт выполнил обязательства по срокам, а вот проект в целом затормозился. И горы поставленного оборудования приходилось перегружать, 7 лет заниматься его обеспечением.
Еще 1 часть работ, задействовавшая новосибирских физиков-ядерщиков, – это создание и обслуживание детектора ATLAS. В общем, более 1000 специалистов из сотни институтов трудились над его созданием. «В начале у нас были колоссальные сомнения, что детектор вообще можно сделать: собрать в 1 месте столько людей с разными правительствами, финансовыми правилами и организовать эффективную работу казалось невыполнимым, – вспоминает зам. директора ИЯФа Юрий Тихонов. – Когда в 1996 мы брали на себя обязательства, у меня была уверенность, что мы их осуществим, но факты говорили об обратном. Кроме институтского производства требовалось подключить мощности 2 заводов в Новосибирске и еще 2 в Воткинске. Их финансовое положение не вызывало оптимизма. Требовалось изготовить штучный товар, который на конвейер не поставишь, для заводов это не выгодно. Но все справились». Запуск детектора ATLAS (сооружение высотой с 6-этажный дом, стоимостью 550 млн. швейцарских крон) намечен на 04.10.2008.
Но о научных результатах говорить пока рано – они станут известны через 1,5–2 года. «Запуск коллайдера означает, что одновременно будут идти несколько десятков экспериментов. Для анализа экспериментальных данных создана специальная система компьютерных ферм, соединенная между собой высокопроизводительными информационными сетями», – заметил член ученого Совета CERN, член-корреспондент РАН Александр Бондарь. Причем проект БАК обречен на успех, независимо от того, какими будут результаты экспериментов. «Если обнаружится бозон, это уже грандиозный успех, нет – это будет революция в нашем представлении о механизме появления масс у частиц», – резюмировал Тихонов.
1 из задач, которую призван разрешить адронный коллайдер, – открытие бозона Хиггса – последней экспериментально не найденной частицы Стандартной Модели Вселенной, которая отвечает за появление массы у частиц. Также большое внимание планируется уделить процессам рождения и распадов тяжелых кварков (b- и t-кварков). Новосибирский институт непосредственно участвует в создании детектора LHCb, который призван изучить b-кварк (от анг. beauty – красота). Этот кварк примечателен тем, что в его свойствах проявляется эффект симметрии между веществом и антивеществом. Возможно, после экспериментов в этом направлении ученые продвинутся в поиске антивещества во Вселенной.
Некоторые специалисты и представители общественности опасаются, что проводимые в коллайдере эксперименты могут выйти из-под контроля и обернуться катастрофой для планеты. Но, по мнению специалистов CERN, верхняя оценка вероятности катастрофического сценария на БАК составляет 10-31. «Неожиданности будут, но это никак не связано с существованием Вселенной и человечества, – отметил Скринский. – Космические частицы с существенно большими энергиями бомбардируют Землю и, тем не менее, мы живы». Дополнил коллегу Бондарь: «В коллайдере происходит столкновение протонов с заданной энергией в четко контролируемых условиях. Возникновение микроскопических черных дыр возможно, но они не имеют ничего общего с космологическими объектами в гравитационной теории. Они обладают маленькой массой и временем жизни, потому к катастрофическим последствиям привести не могут».
– Мы должны думать о следующем шаге физики высоких энергий, продвинуть наши знания о структуре вещества, энергии гравитационного поля. Следующим проектом будет линейный коллайдер, – подытожил Бондарь.
P.S. Накануне беседы с учеными ИЯФ между журналистами разгорелся спор – зачем все-таки нужен адронный коллайдер? Разбил наш спор ответ Тихонова: «Дети ломают игрушки, взрослые сталкивают протоны с протонами. Человека от животного отличает наличие любопытства. Вещи, связанные с устройством мира, интересуют нас просто из любопытства».
Цифры
В 1996-2006 для проекта БАК Новосибирский ИЯФ поставил: 360 дипольных и 180 квадрупольных магнитов; вакуумную систему 2 линий «доставки пучков» – transfer line; сверхпроводящие медные шины, разделительные дипольные магниты, а также выполнил большой спектр измерительных и пусконаладочных работ общей стоимостью более 110 млн. швейцарских франков. За эти годы в CERN на сборке и установке различных систем побывало более 300 научных сотрудников и инженеров.
19.09.2008 прибывшие из Женевы ученые Института ядерной физики рассказали о потенциальных результатах эксперимента на Большом адроннос коллайдере.
– Участие российской стороны в проекте организовывать было особенно сложно, – комментирует директор ИЯФа Александр Скринский. – В 1996 не верили, что в условиях экономической нестабильности и политической неопределенности Россия может создать что-то серьезное. Загадывать приходилось на 30 лет вперед: 15 лет – создание проекта и еще 15 лет работы.
Тихонов, Скринский, Бондарь
В итоге подписал соглашение об участии тогдашний премьер Черномырдин. Хотя бы из-за этого его стоит помянуть в истории добрым словом, иронизировали ученые. И Россия не подкачала. Всего 3 государства имели больший вклад в проект, чем наша страна. 80 процентов российского вклада в ускорительную часть проекта выполнил ИЯФ. «Наш институт выполнил работ на сумму большую, чем все лаборатории США вместе взятые».
Сама идея встречных протон-протонных пучков принадлежит основателю ИЯФ академику Андрею Будкеру (параллельно велись исследования в Стенфорде, США). Поэтому именно новосибирскому институту была поручена разработка и организация концептуально важной части коллайдера. «Получение сжатых пучков тяжелых ядер основано на использовании электронного охлаждения – метод, который разработали в ИЯФе. Мы сделали установку, позволяющую сжимать пучки в процессе их приготовления. И уже первая проводка пучка в накопитель, первый выстрел был успешным». Сроки были жесткие. К 2001 ИЯФ должен был поставить 4000 тонн высокотехнологичного оборудования. Наш институт выполнил обязательства по срокам, а вот проект в целом затормозился. И горы поставленного оборудования приходилось перегружать, 7 лет заниматься его обеспечением.
Еще 1 часть работ, задействовавшая новосибирских физиков-ядерщиков, – это создание и обслуживание детектора ATLAS. В общем, более 1000 специалистов из сотни институтов трудились над его созданием. «В начале у нас были колоссальные сомнения, что детектор вообще можно сделать: собрать в 1 месте столько людей с разными правительствами, финансовыми правилами и организовать эффективную работу казалось невыполнимым, – вспоминает зам. директора ИЯФа Юрий Тихонов. – Когда в 1996 мы брали на себя обязательства, у меня была уверенность, что мы их осуществим, но факты говорили об обратном. Кроме институтского производства требовалось подключить мощности 2 заводов в Новосибирске и еще 2 в Воткинске. Их финансовое положение не вызывало оптимизма. Требовалось изготовить штучный товар, который на конвейер не поставишь, для заводов это не выгодно. Но все справились». Запуск детектора ATLAS (сооружение высотой с 6-этажный дом, стоимостью 550 млн. швейцарских крон) намечен на 04.10.2008.
Но о научных результатах говорить пока рано – они станут известны через 1,5–2 года. «Запуск коллайдера означает, что одновременно будут идти несколько десятков экспериментов. Для анализа экспериментальных данных создана специальная система компьютерных ферм, соединенная между собой высокопроизводительными информационными сетями», – заметил член ученого Совета CERN, член-корреспондент РАН Александр Бондарь. Причем проект БАК обречен на успех, независимо от того, какими будут результаты экспериментов. «Если обнаружится бозон, это уже грандиозный успех, нет – это будет революция в нашем представлении о механизме появления масс у частиц», – резюмировал Тихонов.
1 из задач, которую призван разрешить адронный коллайдер, – открытие бозона Хиггса – последней экспериментально не найденной частицы Стандартной Модели Вселенной, которая отвечает за появление массы у частиц. Также большое внимание планируется уделить процессам рождения и распадов тяжелых кварков (b- и t-кварков). Новосибирский институт непосредственно участвует в создании детектора LHCb, который призван изучить b-кварк (от анг. beauty – красота). Этот кварк примечателен тем, что в его свойствах проявляется эффект симметрии между веществом и антивеществом. Возможно, после экспериментов в этом направлении ученые продвинутся в поиске антивещества во Вселенной.
Некоторые специалисты и представители общественности опасаются, что проводимые в коллайдере эксперименты могут выйти из-под контроля и обернуться катастрофой для планеты. Но, по мнению специалистов CERN, верхняя оценка вероятности катастрофического сценария на БАК составляет 10-31. «Неожиданности будут, но это никак не связано с существованием Вселенной и человечества, – отметил Скринский. – Космические частицы с существенно большими энергиями бомбардируют Землю и, тем не менее, мы живы». Дополнил коллегу Бондарь: «В коллайдере происходит столкновение протонов с заданной энергией в четко контролируемых условиях. Возникновение микроскопических черных дыр возможно, но они не имеют ничего общего с космологическими объектами в гравитационной теории. Они обладают маленькой массой и временем жизни, потому к катастрофическим последствиям привести не могут».
– Мы должны думать о следующем шаге физики высоких энергий, продвинуть наши знания о структуре вещества, энергии гравитационного поля. Следующим проектом будет линейный коллайдер, – подытожил Бондарь.
P.S. Накануне беседы с учеными ИЯФ между журналистами разгорелся спор – зачем все-таки нужен адронный коллайдер? Разбил наш спор ответ Тихонова: «Дети ломают игрушки, взрослые сталкивают протоны с протонами. Человека от животного отличает наличие любопытства. Вещи, связанные с устройством мира, интересуют нас просто из любопытства».
Цифры
В 1996-2006 для проекта БАК Новосибирский ИЯФ поставил: 360 дипольных и 180 квадрупольных магнитов; вакуумную систему 2 линий «доставки пучков» – transfer line; сверхпроводящие медные шины, разделительные дипольные магниты, а также выполнил большой спектр измерительных и пусконаладочных работ общей стоимостью более 110 млн. швейцарских франков. За эти годы в CERN на сборке и установке различных систем побывало более 300 научных сотрудников и инженеров.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 28/09/2008 08:44 pm (UTC)no subject
Date: 29/09/2008 03:39 am (UTC)Кстати, рекомендую покупать "Ведомости". Дёшево и полезно.