Так не доставайся же ты никому!
06/03/2009 05:11 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
rositsaКогда наступил мир, выжившие сожгли свой дом
После вступления в силу в конце 1995 г. мирного соглашения в Боснии и Герцеговине начался очередной территориальный передел. В обновлённую БиГ РС должна была войти без части удерживавшихся ею во время войны общин, в т.ч. без сараевского района Грбавица, а также без издавна населённых в основном сербами западных окраин города – Илиджи, Хаджичей, Вогошчи. Взамен РС получала на севере страны несколько районов, занятых мусульманскими или хорватскими силами.
Сербы на передававшихся МХФ землях до конца не верили в подписанную в Дейтоне сделку. Своей подписью под ней тогдашний вождь босно-сербов Караджича заслужил ненависть «передаваемых». Его имя по сей день для жителей Восточного (б. Сербского) Сараево олицетворяет предательство. Караджич для них – 1 их тех, для «кому рат, а кому – брат» (так по-сербски звучит русское «кому война, а кому и мать родна»).
Как бы то ни было, Дейтон неумолимо предписывал в 3-месячный срок передать управление перечисленными общинами «федеральному» Сараеву. Трудно описать ужас и отчаяние «передаваемых» сербов, которые осознали бессмысленность бесчисленных жертв. Военные успехи перечёркивались росчерком пера. Их дома, церкви, сады, предприятия оказывались под властью мусульман. Близился февральский (для части общин – мартовский) день 1996, когда подразделения «федеральной» полиции должны были перейти военную линию разграничения и заменить сербские силы правопорядка, а сараевская администрация – ту, что назначило Пале.
Вместе в новой властью в становившиеся «бывшими сербскими» общины собирались вернуться мусульмане, бежавшие или изгнанные оттуда в годы сербского владычества. Призрак мести переставал быть призраком. Уроки едва закончившейся войны не оставляли сомнений в том, что ждёт в Боснии тех, кто оказывается национальным меньшинством.
Международные представители, в т. ч. военные, и даже руководители МХФ призывали сербов не паниковать: война окончена, и резня больше не повторится, «реинтеграцию» осуществят под международным присмотром. Правительство РС по настоянию международного сообщества официально не требовало от сербов покидать родные места, но одновременно руководство РС пообещало желающим помощь в вывозе имущества. Желающими оказались почти все.
Нагруженные доверху десятки грузовиков, легковые машины, телеги потянулись из оставляемых общин вглубь РС. Зима 1996 была не только холодной, но и необычайно снежной. Автомобили застревали, вдоль дорог разводили костры, правительство РС перебрасывало еду и предметы первой необходимости на маршруты изгнанников.
– Я был школьником, – вспоминает мой приятель. – Наш дом оказался буквально на границе, но, к счастью, по сербскую сторону. В сотне метров от нас, по другую сторону новой линии разграничения, уже пылали оставляемые сербами дома. По дороге вдоль нашего сада круглые сутки тянулась бесконечная вереница людей и техники. Знаешь, дети легко плачут, наверное, поэтому мне хотелось плакать, глядя на происходящее. До сих пор помню какую-то девочку, мою ровесницу, вышедшую из «юго». В руках она судорожно сжимала куклу. В их маленьком юго поместилось только самое ценное. Главным девочкиным богатством была кукла.
Кошмар наяву охватил не только мир выживших, но и кладбища. Правительство РС пошло навстречу и тем, кто решил не оставлять «туркам» захоронения близких, особенно погибших в боях. Выкапывались человеческие останки, вновь проводились поминальные службы.
С предприятий вывозилось оборудование, имущество, мебель. То, что вывести не удавалось, обычно приводилось в негодность.
Оставалась частная недвижимость – дома и квартиры. В последние часы перед сменой власти, когда исчезли последние сомнения в необратимости происходящего, начались массовые поджоги. Часто хозяева сами запаливали родные очаги, лишь бы они не достались врагу. Масштабы начавшихся пожаров были колоссальными. Сербские пожарники уже покинули оставляемые кварталы, да и не собирались они тушить то, что для РС и большинства её жителей было потеряно.
С расстояния нескольких сот м «федералы» бессильно следили за происходящим, но перейти линию разграничения до указанного срока им запрещал тот же Дейтон и международные наблюдатели. Требования сараевского правительства к иностранцам остановить фантасмагорию на сербской стороне отклика не находили.
Мусульманские газеты с возмущением писали, что на их вопросы они получали равнодушные ответы международников:
– Клубы дыма? Мы ничего не видим.
Кое-кто из заграничных наблюдателей даже неофициально говорил, что на месте сербов он поступил бы также.
Наконец, как вспоминают немногие оставшиеся (например, мусульмане, пережившие почти 4-летнюю сербскую власть) уехала последняя машина с эвакуировавшимися. В дымке исчезли номера с буквами «СС» (Сербское Сараево) Воцарилась жуткая тишина. Вскоре появились первые полицейские, люди новой власти. Сохранились кадры, на которых запечатлено, как с административных зданий они сбивают кириллические вывески и вешают новые – латиницей. Беженцы, прибывающие с мусульманской стороны, с надеждой и страхом оглядывают то, что осталось от их жилья. Началось разминирование многочисленных минных полей вдоль бывшей линии фронта.
В общинах, возвращённых в состав Сараева первыми, появились мародёры в надежде поживиться там, где ещё царило безвластие. Наученные опытом, власти на «реинтегрировавшуюся» последней Грбавицу пропускали не всех, стараясь хоть как-то поддерживать порядок. Тем не менее, сербские дома, оставшиеся без хозяев сразу были или заселены бошняками, или уничтожены, или – особенно дачи – разобраны по доскам и украдены.
Участь редких сербов, оставшихся на милость новых властей, оказалась незавидной, богатой на оскорбления и притеснения. И всё же после «реинтеграции» не произошло ничего подобного резне, которую сербы, хорваты и бошняки устраивали друг другу (а лучше сказать – враг врагу) на протяжении войны.
Несколько лет спустя Высокий представитель международного сообщества В. Петрич, имевший в БиГ диктаторские полномочия, распорядился вернуть жильё его довоенным владельцам. С трудом и муками, но большинство боснийцев всё же восстановили свои права на утраченные дома и квартиры. Но мало кто из них захотел снова поселиться там, откуда ему пришлось бежать. Почти все переехали на те земли, где их соплеменники составляли большинство. Возвращённое жильё (или обугленные остатки того, что они сами подожгли) хозяева в основном сразу продали, или – реже – стали сдавать в наём. «Реинтегрированные» общины Сараево превратились в мусульманские на 90-95 %, а БиГ в целом перестала быть страной, где люди разных национальностей жили вперемешку. Теперь в большинстве населённых пунктов страны с большим отрывом преобладает 1 из 3 народов. 1 из исключений – Мостар, но и он оказался разделённым невидимой, но прочной стеной на мусульманскую и хорватскую части.
...И по сей день развалины в «реинтегрированных» общинах сараевского кантона МХФ напоминают не только о войне. Часть сожжённых домов – воспоминание наступившем мире и принесённом им территориальном размежевании...
Фотки.
Илиджа известна тёплыми источниками, часть гостиниц и купален восстановлена, но многое по-прежнему в развалинах – как вилла Тито, где останавливался, бывая в Сараево.
Песня о захваченной врагами (сербами) Грабавице. Кстати, исполнитель серб, в течение войны находившийся в мусульманской части города и осуждавший "четническую агрессию против Боснии" (на второй части клипа – Кемаль Монтено, "Сараево")
orbrider
Мда, жутковато это все. Ведь не Зимбабве какое-нибудь, Европа.
dmitri_hrabar
А кто сказал, что Европа, а тем более Балканы чем-то лучше Зимбабве? Не удивлюсь, узнав, что доля населения, погибшего за последние 100-200 лет и даже больше во всяких войнах и конфликтах в Зимбабве ниже, чем в Старом Свете, не говоря о Балканах.
rositsa
"А кто сказал, что Европа, а тем более Балканы чем-то лучше Зимбабве".
Помилуйте, любой сетевой расист знает что лучше! Потому что в Европе живут белые, а они лучше, чем негры. Чем лучше? Чем негры.
ylucc
Его имя по сей день для жителей Восточного...
и за 14 лет они так и не разобрались, кто на самом деле несет ответственность за Дейтон.
dmitri_hrabar
К Караджичу чуть-чуть лучше стали относиться после ареста. На следующий день после того,как стало известно о его аресте, позвонил знакомый из В.Сараево, потрясённый, спрашивает, что я думаю о случившемся. Я говорю, ты ж его ненавидел. Да, говорит, никакав био човек, но всё равно как-то жаль...
Собственно, это и правда была очень грязная война. Взгляните на историю Республики Сербская Краина, на её ублюдочных руководителей-предателей, на Милошевича – сербами руководили редкостные гниды, что, понятно, не отменяет, не исключает и т. п.
volchishko
А вот интересно, как сосуществуют мусульмане и хорваты в тех общинах, где их примерно поровну (Яйце, Нови Травник, Витез, Бусовача, Фойница и т. д.)?
dmitri_hrabar
Отношения в основном средней паршивости, плохие или ужасные, что тщательно подогревается политиками. По нек-рым свидетельствам, особенно усердствуют хорваты. С другой стороны, например, невообразимое прославление мусульманами в Сараево победы турок над хорватами на ЧМ, как мне говорили летом сами бошняки, в основном устроено не от радости, а от желания досадить хорватам.
volchishko
Я в этой связи вспомнил результаты октябрьских выборов, где впервые в Яйце, Нови Травнике и Бусоваче победили мусульмане, хотя раньше всегда побеждала ХДЗ и ее кандидаты. Думается, все это не сильно радует хорватов.
dmitri_hrabar
Точных цифр, понятно, нет, но, по оценкам, доля носителей 1000-летней (никому неизвестной) культуры по ср. с 1991 снизилась в БиГ с 17 до 10-12 %.
rositsa
Они переехали в собственное гос-во или переименовались в муслиман?
volchishko
Многие бежали в Хорватию, в том числе на те места, где жили сербы (РСК), а потом рождаемость у них ниже, чем у мусульман. Думаю, скоро они останутся в большинстве только в Западной Герцеговине, да еще в трех общинах в Посавине (Оджак, Орашье, Домальевац-Шамац).
dmitri_hrabar
В Хорватии выше уровень жизни, чем в Сербии, поэтому хорваты живее, чем сербы, сваливают из БиГ, а муслам так и вовсе валить особо некуда.
samoljot
> а муслам так и вовсе валить особо некуда.
Разве что в Австрию, Германию, Швейцарию и далее по списку.
В Европе среди беженцев-югославов бошняков непропорционально много.
dmitri_hrabar
Да, но в целом на демографическую картину БиГ отъезд бошняков в перечисленные страны не повлиял. А переезд хорватов в Хорватию – повлиял.
volchishko
В Швеции их очень много. Шведы бошняков охотно принимали во время войны.
samoljot
В диаспоре вообще боснийцев большинство. А из боснийцев представлены, как правило, мусульмане.
dmitri_hrabar
Не понял, среди кого боснийцев большинство? И откуда такая уверенность? В западной статистике, как ты знаешь, нет разбивки населения, в т.ч. иммигрантов, по этническому признаку.
samoljot
Во-первых, такая разбивка есть. То, что ты о ней не слышал, не значит, что ее нет вообще.
Во-вторых, большинство югославов-иммигрантов последних 15 лет – беженцы, и боснийцев именно что большинство, хотя сербы из собственно Сербии и Косово тоже бывают.
Вот хорватов очень мало, знаком был только с одним, да и тот на Западе уже лет 30.
Это наблюдения по Бенилюксу, допускаю, что в немецкоговорящих странах ситуация может быть другая.
dmitri_hrabar
А ссылку на такую разбивку есть? Или это закрытые оценки, которые ты открыл? Хорватская диаспора с социалистических времён была крупнейшей, в т.ч. за океанами – в США и Австралии, но и в Европе достаточно посмотреть киоски в людных местах, чтобы заметить издания именно для хорватов. В 80-ые из СФРЮ самым большим тиражом экспортировался загребский Вечерняк, о чём он недавно гордо напомнил.
samoljot
Фоме-неверующему
http://www.cbs.nl/NR/rdonlyres/B1E91701-B85B-4A60-B377-CB073CF18996/0/2007k1v4p36artpdf.pdf
Пройди по ссылке, посмотри картинки.
Вот здесь перечень всех статей, где осуществлена фактическая разбивка по этносам:
http://www.cbs.nl/nl-NL/menu/themas/dossiers/allochtonen/publicaties/artikelen/archief/2007/default.htm
Аллохтонен – хитрое политкорректное название иностранцев. Формально: любое проживающее в Нидерландах лицо, родившееся за пределами Нидерландов, либо минимум один из родителей которого родился за пределами Нидерландов. При получении гражданства Нидерландов человек перестает формально быть buitenlander (иностранец), но остается аллохтоном и в статистике регистрируется как лицо с суринамским/марокканским и т.д. происхождением.
Тут конкретно по югославам: http://www.cbs.nl/NR/rdonlyres/D7AE4B7E-7D48-4279-93FC-0FD6E89925A8/0/2007k3b15p38art.pdf
В частности, написано:
Ruim 40 procent van de uit voormalig Joegoslavië
afkomstige bevolking heeft Bosnië als herkomstgebied.
Hun aandeel is twee keer zo groot als dat van de Serviërs.
Andere relatief grote deelpopulaties zijn Kroaten en Kosovaren,
met 13 en 11 procent van het totaal.
В кратком изложении: уроженцев Боснии более 40 %, сербов в 2 раза меньше, хорватов и "косовцев" 13 и 11 %. Правда, тут, видимо, считали по месту рождения, а не по этнической принадлежности.
После вступления в силу в конце 1995 г. мирного соглашения в Боснии и Герцеговине начался очередной территориальный передел. В обновлённую БиГ РС должна была войти без части удерживавшихся ею во время войны общин, в т.ч. без сараевского района Грбавица, а также без издавна населённых в основном сербами западных окраин города – Илиджи, Хаджичей, Вогошчи. Взамен РС получала на севере страны несколько районов, занятых мусульманскими или хорватскими силами.
Сербы на передававшихся МХФ землях до конца не верили в подписанную в Дейтоне сделку. Своей подписью под ней тогдашний вождь босно-сербов Караджича заслужил ненависть «передаваемых». Его имя по сей день для жителей Восточного (б. Сербского) Сараево олицетворяет предательство. Караджич для них – 1 их тех, для «кому рат, а кому – брат» (так по-сербски звучит русское «кому война, а кому и мать родна»).
Как бы то ни было, Дейтон неумолимо предписывал в 3-месячный срок передать управление перечисленными общинами «федеральному» Сараеву. Трудно описать ужас и отчаяние «передаваемых» сербов, которые осознали бессмысленность бесчисленных жертв. Военные успехи перечёркивались росчерком пера. Их дома, церкви, сады, предприятия оказывались под властью мусульман. Близился февральский (для части общин – мартовский) день 1996, когда подразделения «федеральной» полиции должны были перейти военную линию разграничения и заменить сербские силы правопорядка, а сараевская администрация – ту, что назначило Пале.
Вместе в новой властью в становившиеся «бывшими сербскими» общины собирались вернуться мусульмане, бежавшие или изгнанные оттуда в годы сербского владычества. Призрак мести переставал быть призраком. Уроки едва закончившейся войны не оставляли сомнений в том, что ждёт в Боснии тех, кто оказывается национальным меньшинством.
Международные представители, в т. ч. военные, и даже руководители МХФ призывали сербов не паниковать: война окончена, и резня больше не повторится, «реинтеграцию» осуществят под международным присмотром. Правительство РС по настоянию международного сообщества официально не требовало от сербов покидать родные места, но одновременно руководство РС пообещало желающим помощь в вывозе имущества. Желающими оказались почти все.
Нагруженные доверху десятки грузовиков, легковые машины, телеги потянулись из оставляемых общин вглубь РС. Зима 1996 была не только холодной, но и необычайно снежной. Автомобили застревали, вдоль дорог разводили костры, правительство РС перебрасывало еду и предметы первой необходимости на маршруты изгнанников.
– Я был школьником, – вспоминает мой приятель. – Наш дом оказался буквально на границе, но, к счастью, по сербскую сторону. В сотне метров от нас, по другую сторону новой линии разграничения, уже пылали оставляемые сербами дома. По дороге вдоль нашего сада круглые сутки тянулась бесконечная вереница людей и техники. Знаешь, дети легко плачут, наверное, поэтому мне хотелось плакать, глядя на происходящее. До сих пор помню какую-то девочку, мою ровесницу, вышедшую из «юго». В руках она судорожно сжимала куклу. В их маленьком юго поместилось только самое ценное. Главным девочкиным богатством была кукла.
Кошмар наяву охватил не только мир выживших, но и кладбища. Правительство РС пошло навстречу и тем, кто решил не оставлять «туркам» захоронения близких, особенно погибших в боях. Выкапывались человеческие останки, вновь проводились поминальные службы.
С предприятий вывозилось оборудование, имущество, мебель. То, что вывести не удавалось, обычно приводилось в негодность.
Оставалась частная недвижимость – дома и квартиры. В последние часы перед сменой власти, когда исчезли последние сомнения в необратимости происходящего, начались массовые поджоги. Часто хозяева сами запаливали родные очаги, лишь бы они не достались врагу. Масштабы начавшихся пожаров были колоссальными. Сербские пожарники уже покинули оставляемые кварталы, да и не собирались они тушить то, что для РС и большинства её жителей было потеряно.
С расстояния нескольких сот м «федералы» бессильно следили за происходящим, но перейти линию разграничения до указанного срока им запрещал тот же Дейтон и международные наблюдатели. Требования сараевского правительства к иностранцам остановить фантасмагорию на сербской стороне отклика не находили.
Мусульманские газеты с возмущением писали, что на их вопросы они получали равнодушные ответы международников:
– Клубы дыма? Мы ничего не видим.
Кое-кто из заграничных наблюдателей даже неофициально говорил, что на месте сербов он поступил бы также.
Наконец, как вспоминают немногие оставшиеся (например, мусульмане, пережившие почти 4-летнюю сербскую власть) уехала последняя машина с эвакуировавшимися. В дымке исчезли номера с буквами «СС» (Сербское Сараево) Воцарилась жуткая тишина. Вскоре появились первые полицейские, люди новой власти. Сохранились кадры, на которых запечатлено, как с административных зданий они сбивают кириллические вывески и вешают новые – латиницей. Беженцы, прибывающие с мусульманской стороны, с надеждой и страхом оглядывают то, что осталось от их жилья. Началось разминирование многочисленных минных полей вдоль бывшей линии фронта.
В общинах, возвращённых в состав Сараева первыми, появились мародёры в надежде поживиться там, где ещё царило безвластие. Наученные опытом, власти на «реинтегрировавшуюся» последней Грбавицу пропускали не всех, стараясь хоть как-то поддерживать порядок. Тем не менее, сербские дома, оставшиеся без хозяев сразу были или заселены бошняками, или уничтожены, или – особенно дачи – разобраны по доскам и украдены.
Участь редких сербов, оставшихся на милость новых властей, оказалась незавидной, богатой на оскорбления и притеснения. И всё же после «реинтеграции» не произошло ничего подобного резне, которую сербы, хорваты и бошняки устраивали друг другу (а лучше сказать – враг врагу) на протяжении войны.
Несколько лет спустя Высокий представитель международного сообщества В. Петрич, имевший в БиГ диктаторские полномочия, распорядился вернуть жильё его довоенным владельцам. С трудом и муками, но большинство боснийцев всё же восстановили свои права на утраченные дома и квартиры. Но мало кто из них захотел снова поселиться там, откуда ему пришлось бежать. Почти все переехали на те земли, где их соплеменники составляли большинство. Возвращённое жильё (или обугленные остатки того, что они сами подожгли) хозяева в основном сразу продали, или – реже – стали сдавать в наём. «Реинтегрированные» общины Сараево превратились в мусульманские на 90-95 %, а БиГ в целом перестала быть страной, где люди разных национальностей жили вперемешку. Теперь в большинстве населённых пунктов страны с большим отрывом преобладает 1 из 3 народов. 1 из исключений – Мостар, но и он оказался разделённым невидимой, но прочной стеной на мусульманскую и хорватскую части.
...И по сей день развалины в «реинтегрированных» общинах сараевского кантона МХФ напоминают не только о войне. Часть сожжённых домов – воспоминание наступившем мире и принесённом им территориальном размежевании...
Фотки.
Илиджа известна тёплыми источниками, часть гостиниц и купален восстановлена, но многое по-прежнему в развалинах – как вилла Тито, где останавливался, бывая в Сараево.
Песня о захваченной врагами (сербами) Грабавице. Кстати, исполнитель серб, в течение войны находившийся в мусульманской части города и осуждавший "четническую агрессию против Боснии" (на второй части клипа – Кемаль Монтено, "Сараево")
orbrider
Мда, жутковато это все. Ведь не Зимбабве какое-нибудь, Европа.
dmitri_hrabar
А кто сказал, что Европа, а тем более Балканы чем-то лучше Зимбабве? Не удивлюсь, узнав, что доля населения, погибшего за последние 100-200 лет и даже больше во всяких войнах и конфликтах в Зимбабве ниже, чем в Старом Свете, не говоря о Балканах.
rositsa
"А кто сказал, что Европа, а тем более Балканы чем-то лучше Зимбабве".
Помилуйте, любой сетевой расист знает что лучше! Потому что в Европе живут белые, а они лучше, чем негры. Чем лучше? Чем негры.
ylucc
Его имя по сей день для жителей Восточного...
и за 14 лет они так и не разобрались, кто на самом деле несет ответственность за Дейтон.
dmitri_hrabar
К Караджичу чуть-чуть лучше стали относиться после ареста. На следующий день после того,как стало известно о его аресте, позвонил знакомый из В.Сараево, потрясённый, спрашивает, что я думаю о случившемся. Я говорю, ты ж его ненавидел. Да, говорит, никакав био човек, но всё равно как-то жаль...
Собственно, это и правда была очень грязная война. Взгляните на историю Республики Сербская Краина, на её ублюдочных руководителей-предателей, на Милошевича – сербами руководили редкостные гниды, что, понятно, не отменяет, не исключает и т. п.
volchishko
А вот интересно, как сосуществуют мусульмане и хорваты в тех общинах, где их примерно поровну (Яйце, Нови Травник, Витез, Бусовача, Фойница и т. д.)?
dmitri_hrabar
Отношения в основном средней паршивости, плохие или ужасные, что тщательно подогревается политиками. По нек-рым свидетельствам, особенно усердствуют хорваты. С другой стороны, например, невообразимое прославление мусульманами в Сараево победы турок над хорватами на ЧМ, как мне говорили летом сами бошняки, в основном устроено не от радости, а от желания досадить хорватам.
volchishko
Я в этой связи вспомнил результаты октябрьских выборов, где впервые в Яйце, Нови Травнике и Бусоваче победили мусульмане, хотя раньше всегда побеждала ХДЗ и ее кандидаты. Думается, все это не сильно радует хорватов.
dmitri_hrabar
Точных цифр, понятно, нет, но, по оценкам, доля носителей 1000-летней (никому неизвестной) культуры по ср. с 1991 снизилась в БиГ с 17 до 10-12 %.
rositsa
Они переехали в собственное гос-во или переименовались в муслиман?
volchishko
Многие бежали в Хорватию, в том числе на те места, где жили сербы (РСК), а потом рождаемость у них ниже, чем у мусульман. Думаю, скоро они останутся в большинстве только в Западной Герцеговине, да еще в трех общинах в Посавине (Оджак, Орашье, Домальевац-Шамац).
dmitri_hrabar
В Хорватии выше уровень жизни, чем в Сербии, поэтому хорваты живее, чем сербы, сваливают из БиГ, а муслам так и вовсе валить особо некуда.
samoljot
> а муслам так и вовсе валить особо некуда.
Разве что в Австрию, Германию, Швейцарию и далее по списку.
В Европе среди беженцев-югославов бошняков непропорционально много.
dmitri_hrabar
Да, но в целом на демографическую картину БиГ отъезд бошняков в перечисленные страны не повлиял. А переезд хорватов в Хорватию – повлиял.
volchishko
В Швеции их очень много. Шведы бошняков охотно принимали во время войны.
samoljot
В диаспоре вообще боснийцев большинство. А из боснийцев представлены, как правило, мусульмане.
dmitri_hrabar
Не понял, среди кого боснийцев большинство? И откуда такая уверенность? В западной статистике, как ты знаешь, нет разбивки населения, в т.ч. иммигрантов, по этническому признаку.
samoljot
Во-первых, такая разбивка есть. То, что ты о ней не слышал, не значит, что ее нет вообще.
Во-вторых, большинство югославов-иммигрантов последних 15 лет – беженцы, и боснийцев именно что большинство, хотя сербы из собственно Сербии и Косово тоже бывают.
Вот хорватов очень мало, знаком был только с одним, да и тот на Западе уже лет 30.
Это наблюдения по Бенилюксу, допускаю, что в немецкоговорящих странах ситуация может быть другая.
dmitri_hrabar
А ссылку на такую разбивку есть? Или это закрытые оценки, которые ты открыл? Хорватская диаспора с социалистических времён была крупнейшей, в т.ч. за океанами – в США и Австралии, но и в Европе достаточно посмотреть киоски в людных местах, чтобы заметить издания именно для хорватов. В 80-ые из СФРЮ самым большим тиражом экспортировался загребский Вечерняк, о чём он недавно гордо напомнил.
samoljot
Фоме-неверующему
http://www.cbs.nl/NR/rdonlyres/B1E91701-B85B-4A60-B377-CB073CF18996/0/2007k1v4p36artpdf.pdf
Пройди по ссылке, посмотри картинки.
Вот здесь перечень всех статей, где осуществлена фактическая разбивка по этносам:
http://www.cbs.nl/nl-NL/menu/themas/dossiers/allochtonen/publicaties/artikelen/archief/2007/default.htm
Аллохтонен – хитрое политкорректное название иностранцев. Формально: любое проживающее в Нидерландах лицо, родившееся за пределами Нидерландов, либо минимум один из родителей которого родился за пределами Нидерландов. При получении гражданства Нидерландов человек перестает формально быть buitenlander (иностранец), но остается аллохтоном и в статистике регистрируется как лицо с суринамским/марокканским и т.д. происхождением.
Тут конкретно по югославам: http://www.cbs.nl/NR/rdonlyres/D7AE4B7E-7D48-4279-93FC-0FD6E89925A8/0/2007k3b15p38art.pdf
В частности, написано:
Ruim 40 procent van de uit voormalig Joegoslavië
afkomstige bevolking heeft Bosnië als herkomstgebied.
Hun aandeel is twee keer zo groot als dat van de Serviërs.
Andere relatief grote deelpopulaties zijn Kroaten en Kosovaren,
met 13 en 11 procent van het totaal.
В кратком изложении: уроженцев Боснии более 40 %, сербов в 2 раза меньше, хорватов и "косовцев" 13 и 11 %. Правда, тут, видимо, считали по месту рождения, а не по этнической принадлежности.
