Сибиряки о землетрясении в Японии
09/04/2011 07:28 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
rositsa Сегодня многие жители Сибири задаются вопросами – как на нас отразится катастрофа в Японии и грозят ли нам столь серьёзные природные бедствия? За ответами новосибирские журналисты обратились к ведущим специалистам СО РАН.
– Первоначально эта встреча задумывалась в связи с двумя докладами на президиуме РАН, посвящёнными теме землетрясений, – говорит академик РАН, доктор геолого-минералогических наук Николай Леонтьевич Добрецов. – Но тут произошли крупные природные катастрофы – землетрясение и цунами в Японии. И так уж совпало, что у нас ещё вышел журнал «Наука из первых рук», как раз на эту тему. Там есть большая статья академика Виктора Осипова, которая так и называется «Природные катастрофы и как с ними бороться». Природные катастрофы – это неотъемлемая часть нашей жизни, уменьшить их число человек не может, но в его силах – уменьшить степень разрушений, в этом заключается обязанность не только науки, но и всего общества. Обычно я привожу в пример 2 сильных землетрясения 1980-х: одно в Спитаке в Армении, другое – в Сан-Франциско. И если во втором погибло 40 человек, то в первом – 40 тысяч, главным образом, потому, что дома там строились с нарушением всех правил. Что касается цунами, то 6 лет назад в Индонезии и Юго-Восточной Азии они были ещё более катастрофичные, чем в Японии. Там тоже было много жертв, а всё из-за того, что местные власти не создали службу цунами, и некому было вовремя предупредить жителей, хотя гигантская волна надвигалась медленно, и при хорошей организации можно было избежать жертв. Подобных примеров множество.
Ущерб от землетрясений и число жертв от раза к разу нарастает, но это не означает, что растёт число природных катаклизмов. Их столько же, сколько и раньше. Главная причина роста числа жертв и размеров ущерба в увеличении численности населения и развитии промышленности. Показателен пример с атомными электростанциями. АЭС «Фукусима» построили на берегу моря, хотя изначально компанию, возводившую подобные объекты в Великобритании и Америке, предупреждали: станция не должна располагаться так низко (уже следующую рядом с городом Сендай построили на террасе высотой в 100 м, куда цунами не добраться). Таким образом, мы сами создаём себе дополнительные риски.
– Для Сибири землетрясения более актуальны, чем цунами, и замечу, что геологи хорошо знают, в каких местах и когда они будут происходить, – подчеркнул директор геофизической службы СО РАН Виктор Сергеевич Селезнёв. – У такого явления есть свои законы. Например, закон повторяемости: если произошло какое-то количество мелких землетрясений, то за ними обязательно последуют более крупные. Обладая даже только этой информацией, мы могли бы избежать больших проблем, если, конечно, вели бы в определённых районах строительство с учётом этих знаний. Японское землетрясение – самое сильное, которое возможно на Земле: его энергия сопоставима с энергией 1 млн.атомных бомб, сброшенных на Хиросиму (для сравнения: энергия самого сильного землетрясения, которое может произойти в Кузбассе, равна 1 атомной бомбе). И, тем не менее, в Японии большинство зданий устояло, потому что они построены с учётом существующей сейсмической опасности. Но вот что любопытно: тот же Кузбасс, где известны примеры достаточно мощных толчков в прошлом, до 1985 считался не сейсмоопасной территорией, соответственно долгие годы строительство там велось, основываясь на этой неверной рекомендации. Потом карта сейсмического районирования была пересмотрена, и в Кузбассе стали строить с расчётом на семь баллов. Что произойдёт с домами, построенными ранее, пока не ясно. Необходимо проводить исследования, которые позволили бы понять, выдержат ли они в случае чего, – но это удовольствие дорогое. Вторая важная задача на сегодня заключается в том, что карта долгосрочного прогноза, с оглядкой на которую строится всё в нашей стране, не точна, особенно для отдельных районов. И над ней тоже надо работать.
«Если сейчас начать возводить дома в некоторых районах с расчётом на 7 баллов (как это и должно быть), то их стоимость тут же возрастёт на 20-30 %», – добавил Добрецов. Вообще в России, согласно существующему законодательству, крайними в случае серьёзных последствий природной катастрофы останутся строители, а на Западе и в Америке ответственность распределена иначе. «Я знаю законодательство США, там наибольшее наказание налагается на тех, кто неправильно начертил карту. На их рекомендации не может повлиять даже президент США: он лишь уполномочен инициировать работу комиссии, которая повторно изучила бы этот вопрос. Там специалист выше, чем президент».
В конце встречи учёные СО РАН заверили, что новосибирцам не стоит бояться серьёзных землетрясений. Геофизическая служба СО РАН, следящая за сейсмической ситуацией в нашем регионе, недавно проверила оборудование ГЭС и заключила, что все сооружения станции достаточно надёжны. «Мы хотим поставить там систему, которая контролировала бы ситуацию в реальном времени», – добавил Селезнёв. – Если же в нашем городе всё-таки случатся ощутимые толчки, что, по словам учёных мужей, практически невозможно, то первое, с чем мы столкнёмся, будет непрогнозируемая и неконтролируемая паника. Поскольку у новосибирцев нет такой подготовки, как у японцев, и в специальных учениях вряд ли кто-то из нас участвовал. На всякий пожарный случай академики посоветовали горожанам не бежать из домов, давя друг друга, а встать в дверной проём или спрятаться под столом. Это наиболее безопасные места. «У нас в городе землетрясений больше 6 баллов не было, а при такой силе здания не падают. Даже если прибавить ещё 1 балл, начнут рушиться только высокие заводские трубы, а не дома».
***
Константин Литасов, кандидат геолого-минералогических наук, младший научный сотрудник Института геологии СО РАН:
– Во время землетрясения 11 марта я находился неподалёку от области самых сильных толчков, в городе Сендай префектуры Мияги. Езжу туда в командировки с 1999, знаю, что последние колебания там были в 1979. Жители этого региона уже свыклись с тем, что сильные разрушительные землетрясения у них происходят каждые 20 лет, поэтому там уже давно ждали новых толчков, даже перестроили многие здания. 11 марта я был на работе. Первый толчок, продолжительностью в пять минут, был очень мощным, через минуту всё повторилось. По правилам, пока не кончится первая серия толчков, нужно оставаться в здании, чтобы не пораниться падающими стеклами. Но я ещё до начала самых мощных ударов быстро спустился по пожарной лестнице вниз и находился на автостоянке. Машины подпрыгивали вокруг меня на полметра от земли. Удержаться на ногах было невозможно. Стоит заметить, что Япония, наверное, самая подготовленная к природным бедствиям страна: землетрясение в Сендайе практически не принесло разрушений, за исключением обвалившейся крыши железнодорожной станции. И хотя внутри зданий всё летало и сыпалось, сами дома остались невредимыми. Спустя полтора часа мы смогли зайти в институт, чтобы взять какие-то вещи: на улице было холодно, а все выбежали, в чём были. Но даже в этих экстремальных условиях жизнь в городе была чётко организована. 2 часа никого не отпускали с работы, видимо, для того, чтобы облегчить передвижение машин скорой помощи и пожарных. И только потом разрешили уйти (всё это время мы не знали, что с родными, так как электричество и мобильная связь вырубились). До дома добирался пешком, поскольку весь транспорт стоял. В это время мы ещё ничего не знали о событиях на побережье. Около 2 суток нас держали в пригородной школе. Первые сутки трясло не переставая, причём не только в эпицентре землетрясения, но и вдоль всего Тихоокеанского побережья. В Сендайе погибло 4 человека, а все те бедствия, что мы видели по телевизору, происходили в прибрежной зоне. Гигантская волна смела все прибрежные города. Ужасно, что люди попросту не успели убежать, так как цунами обрушилось вслед за землетрясением. Из некоторых районов поступали сообщения, что до 10 000 человек не выходят на связь. Многие страны сразу начали эвакуировать своих граждан, потому что на 2-й день вышел указ правительства префектуры Мияги, чтобы как можно больше людей покинули территорию бедствия, надо было облегчить ситуацию с продовольствием и бензином. Посольству России удалось организовать автобус в Сендай. Кого смогли, мы обзвонили: вывезли около 40-50 человек. По частично разрушенной дороге добрались до Токио, оттуда вылетели на борту МЧС в Хабаровск, где нас встретили и разместили в гостиницы. Но в районе бедствия до сих пор остались российские граждане, поскольку посольство плотно занято поиском пропавших без вести. Следовательно, тем, кто остался в Сендайе и в пригороде, нужно выбираться самим.
– Первоначально эта встреча задумывалась в связи с двумя докладами на президиуме РАН, посвящёнными теме землетрясений, – говорит академик РАН, доктор геолого-минералогических наук Николай Леонтьевич Добрецов. – Но тут произошли крупные природные катастрофы – землетрясение и цунами в Японии. И так уж совпало, что у нас ещё вышел журнал «Наука из первых рук», как раз на эту тему. Там есть большая статья академика Виктора Осипова, которая так и называется «Природные катастрофы и как с ними бороться». Природные катастрофы – это неотъемлемая часть нашей жизни, уменьшить их число человек не может, но в его силах – уменьшить степень разрушений, в этом заключается обязанность не только науки, но и всего общества. Обычно я привожу в пример 2 сильных землетрясения 1980-х: одно в Спитаке в Армении, другое – в Сан-Франциско. И если во втором погибло 40 человек, то в первом – 40 тысяч, главным образом, потому, что дома там строились с нарушением всех правил. Что касается цунами, то 6 лет назад в Индонезии и Юго-Восточной Азии они были ещё более катастрофичные, чем в Японии. Там тоже было много жертв, а всё из-за того, что местные власти не создали службу цунами, и некому было вовремя предупредить жителей, хотя гигантская волна надвигалась медленно, и при хорошей организации можно было избежать жертв. Подобных примеров множество.
Ущерб от землетрясений и число жертв от раза к разу нарастает, но это не означает, что растёт число природных катаклизмов. Их столько же, сколько и раньше. Главная причина роста числа жертв и размеров ущерба в увеличении численности населения и развитии промышленности. Показателен пример с атомными электростанциями. АЭС «Фукусима» построили на берегу моря, хотя изначально компанию, возводившую подобные объекты в Великобритании и Америке, предупреждали: станция не должна располагаться так низко (уже следующую рядом с городом Сендай построили на террасе высотой в 100 м, куда цунами не добраться). Таким образом, мы сами создаём себе дополнительные риски.
– Для Сибири землетрясения более актуальны, чем цунами, и замечу, что геологи хорошо знают, в каких местах и когда они будут происходить, – подчеркнул директор геофизической службы СО РАН Виктор Сергеевич Селезнёв. – У такого явления есть свои законы. Например, закон повторяемости: если произошло какое-то количество мелких землетрясений, то за ними обязательно последуют более крупные. Обладая даже только этой информацией, мы могли бы избежать больших проблем, если, конечно, вели бы в определённых районах строительство с учётом этих знаний. Японское землетрясение – самое сильное, которое возможно на Земле: его энергия сопоставима с энергией 1 млн.атомных бомб, сброшенных на Хиросиму (для сравнения: энергия самого сильного землетрясения, которое может произойти в Кузбассе, равна 1 атомной бомбе). И, тем не менее, в Японии большинство зданий устояло, потому что они построены с учётом существующей сейсмической опасности. Но вот что любопытно: тот же Кузбасс, где известны примеры достаточно мощных толчков в прошлом, до 1985 считался не сейсмоопасной территорией, соответственно долгие годы строительство там велось, основываясь на этой неверной рекомендации. Потом карта сейсмического районирования была пересмотрена, и в Кузбассе стали строить с расчётом на семь баллов. Что произойдёт с домами, построенными ранее, пока не ясно. Необходимо проводить исследования, которые позволили бы понять, выдержат ли они в случае чего, – но это удовольствие дорогое. Вторая важная задача на сегодня заключается в том, что карта долгосрочного прогноза, с оглядкой на которую строится всё в нашей стране, не точна, особенно для отдельных районов. И над ней тоже надо работать.
«Если сейчас начать возводить дома в некоторых районах с расчётом на 7 баллов (как это и должно быть), то их стоимость тут же возрастёт на 20-30 %», – добавил Добрецов. Вообще в России, согласно существующему законодательству, крайними в случае серьёзных последствий природной катастрофы останутся строители, а на Западе и в Америке ответственность распределена иначе. «Я знаю законодательство США, там наибольшее наказание налагается на тех, кто неправильно начертил карту. На их рекомендации не может повлиять даже президент США: он лишь уполномочен инициировать работу комиссии, которая повторно изучила бы этот вопрос. Там специалист выше, чем президент».
В конце встречи учёные СО РАН заверили, что новосибирцам не стоит бояться серьёзных землетрясений. Геофизическая служба СО РАН, следящая за сейсмической ситуацией в нашем регионе, недавно проверила оборудование ГЭС и заключила, что все сооружения станции достаточно надёжны. «Мы хотим поставить там систему, которая контролировала бы ситуацию в реальном времени», – добавил Селезнёв. – Если же в нашем городе всё-таки случатся ощутимые толчки, что, по словам учёных мужей, практически невозможно, то первое, с чем мы столкнёмся, будет непрогнозируемая и неконтролируемая паника. Поскольку у новосибирцев нет такой подготовки, как у японцев, и в специальных учениях вряд ли кто-то из нас участвовал. На всякий пожарный случай академики посоветовали горожанам не бежать из домов, давя друг друга, а встать в дверной проём или спрятаться под столом. Это наиболее безопасные места. «У нас в городе землетрясений больше 6 баллов не было, а при такой силе здания не падают. Даже если прибавить ещё 1 балл, начнут рушиться только высокие заводские трубы, а не дома».
***
Константин Литасов, кандидат геолого-минералогических наук, младший научный сотрудник Института геологии СО РАН:
– Во время землетрясения 11 марта я находился неподалёку от области самых сильных толчков, в городе Сендай префектуры Мияги. Езжу туда в командировки с 1999, знаю, что последние колебания там были в 1979. Жители этого региона уже свыклись с тем, что сильные разрушительные землетрясения у них происходят каждые 20 лет, поэтому там уже давно ждали новых толчков, даже перестроили многие здания. 11 марта я был на работе. Первый толчок, продолжительностью в пять минут, был очень мощным, через минуту всё повторилось. По правилам, пока не кончится первая серия толчков, нужно оставаться в здании, чтобы не пораниться падающими стеклами. Но я ещё до начала самых мощных ударов быстро спустился по пожарной лестнице вниз и находился на автостоянке. Машины подпрыгивали вокруг меня на полметра от земли. Удержаться на ногах было невозможно. Стоит заметить, что Япония, наверное, самая подготовленная к природным бедствиям страна: землетрясение в Сендайе практически не принесло разрушений, за исключением обвалившейся крыши железнодорожной станции. И хотя внутри зданий всё летало и сыпалось, сами дома остались невредимыми. Спустя полтора часа мы смогли зайти в институт, чтобы взять какие-то вещи: на улице было холодно, а все выбежали, в чём были. Но даже в этих экстремальных условиях жизнь в городе была чётко организована. 2 часа никого не отпускали с работы, видимо, для того, чтобы облегчить передвижение машин скорой помощи и пожарных. И только потом разрешили уйти (всё это время мы не знали, что с родными, так как электричество и мобильная связь вырубились). До дома добирался пешком, поскольку весь транспорт стоял. В это время мы ещё ничего не знали о событиях на побережье. Около 2 суток нас держали в пригородной школе. Первые сутки трясло не переставая, причём не только в эпицентре землетрясения, но и вдоль всего Тихоокеанского побережья. В Сендайе погибло 4 человека, а все те бедствия, что мы видели по телевизору, происходили в прибрежной зоне. Гигантская волна смела все прибрежные города. Ужасно, что люди попросту не успели убежать, так как цунами обрушилось вслед за землетрясением. Из некоторых районов поступали сообщения, что до 10 000 человек не выходят на связь. Многие страны сразу начали эвакуировать своих граждан, потому что на 2-й день вышел указ правительства префектуры Мияги, чтобы как можно больше людей покинули территорию бедствия, надо было облегчить ситуацию с продовольствием и бензином. Посольству России удалось организовать автобус в Сендай. Кого смогли, мы обзвонили: вывезли около 40-50 человек. По частично разрушенной дороге добрались до Токио, оттуда вылетели на борту МЧС в Хабаровск, где нас встретили и разместили в гостиницы. Но в районе бедствия до сих пор остались российские граждане, поскольку посольство плотно занято поиском пропавших без вести. Следовательно, тем, кто остался в Сендайе и в пригороде, нужно выбираться самим.
